5
0Слышу сзади глухой звук удара, еще и еще, оборачиваюсь и вижу, что два здоровенных мужика скручивают Гора, и кровь на любимых губах.
— Да, что вы делаете?! Отпустите его! — требую, сама не понимаю уже на каком языке говорю, кидаюсь к Егору, но меня хватает Давид и насильно тащит на улицу.
— Отпусти меня! Отпусти Егора! Он здесь не причем! — колочу брата кулаками куда попаду, но он совершенно меня не слушает. — Егор! — Слышу в комнате шум и очередной удар. — Егор! — из глаз брызжут слезы.
У меня начинается истерика, которая разрастается все больше и больше. Уже сама не понимаю, что кричу и требую от брата. Давид запихивает меня на заднее сиденье машины, садится рядом и захлопывает дверь. Оглядываюсь в окно и вижу, как Егора тоже выводят из дома уже с разбитым носом, а мой мерзавец ухмыляется, сплевывая кровь, замечает меня в машине, сглатывает, а потом подмигивает мне и улыбается окровавленными губами. Егора запихивают в другую машину, как мешок, и у меня начинается очередной приступ истерики.
— Я тебя ненавижу! — вновь кидаюсь на Давида. — Ты портишь мне жизнь! Зачем?! Зачем?! — задыхаюсь, глотая слезы, чувствуя, как начинает трясти, и немеют губы. — Ненавижу тебя!
И получаю в ответ обжигающий удар по лицу. Точнее, я сначала чувствую, что мою щеку обжигает хлесткая пощечина, и только потом понимаю, что брат меня ударил. Замолкаю, закусывая щеки, прокусывая их изнутри. Хватаюсь за горящую щеку и быстро моргаю, чтобы согнать поток слез.
— Успокоилась? — сквозь зубы спрашивает Давид. — Попей, — протягивает мне бутылку воды.
Хватаю воду и только сейчас понимаю, как болит от криков горло.
— Опусти его, пожалуйста, он ни в чем не виноват, — хрипло прошу, чувствуя, как проклятые слезы скатываются по щекам. — Зачем ты так со мной?
— Анита, дорогая моя, очнись! Я вижу, ты совсем не в курсе, что вокруг тебя происходит?! — Молчу, отпивая еще воды, мне хочется к Егору. Они избили его! Сволочи! И все по приказу Давида. Хотя внутри разрастаются нехорошие предчувствия, что все не так, как мне кажется.
— Тебя похитители и требовали выкуп!
— Кто требовал? Егор?
— Нет, — зло усмехается Давид. — Все гораздо масштабнее, чем ты думаешь! Хотя ты вообще не думаешь! Твой Егор — всего лишь исполнитель, за ним стоят другие люди. Он тебя прятал здесь, а они требовали землю и деньги! А я ведь тебя предупреждал! Ты наивная маленькая дурочка!
— Неправда! Неправда! Меня никто не похищал, я сама с ним поехала, по собственной воле! Зачем ты так говоришь? — Господи, да когда уже закончатся эти чертовы слезы?!
— Анита, он все это время кружил возле тебя только для того, чтобы все это организовать. Хороший ход! Зачем привлекать внимание, похищая девушку, когда можно ее охмурить, и она сама пойдет против брата! — недовольно кидает он мне.
