Но этот страх я маскировал под жестокую правду жизни.
Он все равно умрет…
Тогда это были брошенные в запале слова, но они оказались пророческими, только немного отсроченными по времени. Мы все это знали, но случилось все равно неожиданно. Только если в последний кризис, еще год назад Полина просила и ждала моей поддержки, то теперь ей больше этого не надо. Мне не хотелось тогда, а ей не нужно сейчас.
Сергея Ивановича я безмерно уважал и его смерть потрясла меня. Тесть — хороший мужик был. Жаль, что все так вышло. Очень плохо, что узнал о моем огромном проебе.
И тут меня Полина выгородила. Не рассказала обо всех моих закидонах. Позвонил мне тесть один раз, узнав, что разводимся. Одно сказал: уходишь — уходи, но уходи так, чтобы потом мучительно стыдно не было. И все."
"Мне нечего было ответить. Полина не рассказала в подробностях как узнала о моей измене, про мои требования, шантаж, угрозы, манипуляции. Иначе говорил бы по-другому или презрительно игнорировал. Подействовало ли на меня его напутствие? Нет, конечно. Я же везде правый! Я давил, требовал, преследовал.
Сегодня похороны.
Я оделся в черное, как велел дресс-код и дань уважения скорби. Внутри так пакостно. Сейчас все сделал бы, чтобы моя семья не страдала. Да, это моя семья. Как бы не сложилось, а Полина и дети всегда будут важной частью меня.
Я подошел к лифту, нажал на кнопку, ждал несколько секунд. Двери открылись, и я встретился глазами с Реутовым. Он здесь?! То есть его Полина позвала?! Мое сочувствие и поддержка не нужны. Я муж все еще.









