Центр силы

И в этом была и проблема, и какая-то грустная ирония. Ирония состояла в том, что умер он именно тогда, когда, наконец, решился уйти в одиночное плавание.

А проблема в том, сколько таких идиотов ещё осталось среди нас? Таких, которые вроде как в обществе, а вроде как сами по себе — и плевать на всех хотели? Пользы от них почти никакой, а вот вреда — обычно больше, чем хотелось бы. Даже сейчас, на пороге смерти, он заставил не чужих мне людей рисковать ради него своим здоровьем.

И всё-таки с места привала мы уходили подавленными. Пусть он не был нашим другом, но такая нелепая смерть не может не расстраивать. Никогда не знаешь, когда и кто сожрёт тебя в этом странном новом мире. А к такому почему-то сложно подготовиться.

Пожалуй, я пока был единственным в нашей группе, кто имел шансы на вторую попытку. И это надо было исправлять. Исправлять как можно скорее!.."

"Дневник Листова И.А.

День тридцать четвёртый. Лагерь в излучине реки

Шли мы весь остаток дня. Я безумно надеялся, что вечером мы увидим белые точки капсул на горизонте… Но час проходил за часом, а точки так и не появились. Солнце клонилось к закату, а значит, близилось время искать место для ночлега.

Беда была в том, что мы не привыкли ночевать в совсем уж дикой местности. Тем более, малой группой. Из всех нас разве что Пилигрим прошёл долгий одиночный путь. А остальные, если и путешествовали, то в количестве не менее трёх-четырёх десятков человек. Не то чтобы какому-нибудь крупному хищнику не было плевать на количество добычи, пусть и с острыми зубочистками в руках… Просто мы, люди, чувствовали себя куда уютнее в большой стае.

Эх, прав был СИПИН и роботы… Нам комфортно в коллективе примерно в сорок человек. Сразу появляется какая-то внутренняя уверенность, что если сегодня ночью кого-то и сожрут, то уж точно не тебя. Главное — на окраине лагеря не располагаться. Ну и не выглядеть слишком вкусным.

Так что, выбирая место ночёвки, мы себе все мозги сломали. Надо было придумать, как бы обезопасить будущий лагерь со всех сторон. И, к моей радости, когда солнце уже коснулось горизонта, подходящее местечко нашлось. Река здесь делала особо крутой виток, обтекая каменистую возвышенность. А, кроме того, почти весь этот полуостров покрывал какой-то цепкий кустарник. Причём особо неприхотливый: ему, видимо, плевать было, на чём расти — на земле или на камне.

Узкий перешеек отлично подходил для обороны от незваных гостей. А небольшая плоская площадка почти на самом берегу позволяла с комфортом разместиться на земле. К тому же, кустарник обеспечил бы нас топливом на всю ночь. Ну а те сухие побеги, которые мы трогать не стали — служили своеобразной сигнализацией. Равно как и опавшая листва, валявшаяся то там, то сям.