Цена развода. Я не отдам вам сына (СИ)

— Больше всего скучал по твоей выпечке.

Наши с ним взгляды встречаются, и мы долго не отводим глаза друг от друга, в то время как Дима занят телефоном. Это меня успокаивает. Не хочу, чтобы он сделал неправильные выводы о нас с Гордеем. Он уже пару раз спрашивал меня о том, почему мы с папой живем не вместе, и пока что мне удавалось сменить тему на какое-то время, так как не знаю, что ему отвечать.

— Что ж, кондитерская начинает приносить доход, так что закрываться я не планирую. Ты знаешь, где найти так любимую тобой выпечку.

— Что ж. Пока и этому рад, — произносит Гордей, но я вижу, что тщательно сдерживает себя, чтобы не коснуться моих волос.

— Как насчет того, чтобы поужинать сегодня всем вместе после того, как ты закроешь кондитерскую? Не отказывайся, Сонь, ты никогда с нами никуда не ходишь. Сделай сегодня исключение. Пожалуйста.

Он смотрит на меня таким взглядом, что я не могу ему отказать. А мое сердце отчего-то волнительно стучит о ребра, но я не желаю давать этому никаких объяснений.

— Хорошо, я закрываюсь в шесть.

Гордей уводит Диму в ближайший парк, а я продолжаю работать, чувствуя себя как-то странно.

Без конца подхожу к зеркалу и хлопаю себя по щекам. Мне всё кажется, что я слишком бледная, но даже самой себе признаться в том, что хочу выглядеть перед Гордеем красивой, не могу. Это будет означать, что у меня зарождаются к нему какие-то чувства, а я пообещала себе когда-то, что этого больше не будет.

Когда приходит время, я закрываю кондитерскую и иду в условленное место, где мы договорились пересечься с Гордеем и Димкой, а весь оставшийся вечер провожу в их компании.

Решаю отпустить ситуацию и на время забыть о том, что было в нашем прошлом, чтобы не портить сегодняшний ужин.

Я впервые за долгое время смеюсь чужим шуткам и чувствую, что жизнь не такая уж и тяжелая. Впрочем, в последние месяцы Гордей и правда помогает мне с Димой и решает многие вопросы с детским садом и документами, когда это нужно, а опека нас больше не беспокоит.

— Я рад, что ты согласилась поужинать со мной, Сонь, — говорит мне Гордей, когда довозит нас с сыном до дома.

Димка засыпает на заднем сиденье, и Гордей несет его до квартиры на руках. Он укладывает его в постель, а затем уходит, но останавливается у порога, оборачивается и смотрит на меня нечитаемым взглядом, словно что-то хочет мне сказать, но что-то его сдерживает.

— Спокойной ночи, Гордей, — шепчу я, отчаянно желая, чтобы он ушел и смолчал. Не хочу никаких откровенностей с его стороны. Это будет лишнее.

— Спокойной ночи, Сонь.

Он разворачивается и идет к лифту, а я вдруг кое-что вспоминаю.

— Гордей!

— Да? — смотрит он вдруг с надеждой, а мне неловко даже продолжать, но я не могу.