Раз цветы — это живой организм, то и на них должна подействовать лечебная магия. Уж моих навыков должно хватить. Однако энергия врачевания не особо различала растение и человека. Грубо говоря, у цветка сломано все — от стеблей до соцветия. Это как если бы у человека были переломаны все кости. А осложняло дело то, что тут сломанных цветов просто дохрена.
Положив руку на первый бутон, я сконцентрировал энергию и делал все по инструкции, как меня учила Виолетта и на лекциях по лекарской магии.
Сил потребовалось достаточно много, но постепенно цветы начали наливаться энергией и на глазах восстанавливаться.
Когда я подключил вторую руку и Лору, постановление цветов стало с каждым разом все быстрее.
— Миша, ты что, умеешь в лекарскую магию? Это же ранга Воин, не меньше! — всплеснула руками княгиня.
— Я сломал, я и починил, — улыбнулся я, всячески делая вид, что не устал. Хотя этот с виду простой фокус, дался мне с непривычки очень тяжело. — Еще раз, прошу прощения.
Теперь надо было понять, что делать с этими четырьмя оболтусами. По-другому и не назовешь.
Из дома вышел Лев Николаевич а за ним семенил граф.
— Надеюсь, ты все понял, Витя? — похлопал его по спине князь.
— Да, конечно, Ваша Светлость! Разумеется! Я все сделаю, как вы и сказали! — раскланялся он.
— Ну смотри, я же проверю, — погрозил он пальцем. — А сейчас можешь быть свободен.
Граф еще раз перед всеми извинился, и перед нами с Дункан в том числе. Затем сказал Софье Николаевне, что пришлет лучших флористов, которых знает, приказал солдатам донести его сыновей до машин и благополучно скрылся.
Теперь уже все уставились на Толстого.
— Чего? — удивленно посмотрел он на нас. — Я просто дал ему пару советов, как воспитать хороших сыновей, а не этих… тьфу ты ну ты…
— Мы потом с тобой поговорим, — похлопала его по руке княгиня. — А теперь ребятам надо на задание. Потрудись и дай им координаты. И Саше не забудь отдать его броню.
— Ох, точно! — Лев Николаевич хлопнул себя по лбу. — Детишки, давайте в дом!
Глава 10
Я реально прихерел
Софья Андреевна продолжала ворчать, но больше на своего верного супруга, который иногда любил придуриваться.
Зато на меня княгиня не держала зла, и даже начала испытывать ко мне родительскую симпатию. Все же помощь с цветами внесла свою лепту.









