9
0— И вы заставили сражаться против нас четырех свободных заключенных?
— Не поймите меня неправильно, Александр Сергеевич, — спокойно продолжил он. — Но они сами изъявили желание. И из-за быстрой организации ваших поединков, это были самые ближайшие бойцы.
— Ладно, неважно, — отмахнулся Саша. — Проводи нас в комнату отдыха. Без разницы кого убивать.
Все же наши с ним взгляды крайне далеки друг от друга. И пока меня устраивало, что он соблюдал грань.
Нас провели в отдельный блок участников. Так сказать, для VIPов. Просторное помещение, где мы были одни. Болванчик облетел ближайшие помещения и нашел в противоположной части стадиона, комнату, где тренировались четверо суровых здоровяков.
— Ваши поединки будут в самом начале, — пояснил судья. — У вас есть час. Потом представление, а затем первый бой.
Вот так все у этих ребят.
В нашей комнате имелось все необходимое для комфортного ожидания. Мягкие диваны, кресла, стол с закусками и водой. Ванна и туалет. Даже телевизор с трансляцией, но сейчас показывали только клипы. Как раз выступал кудрявый исполнитель и орал «Зима-холода». На удивление, мелодия показалась мне знакомой, но откуда, вспомнить я не мог. Скорее всего слышал в отеле, но это не точно.
Екатерина скинула дорогую шубу прямо на пол и уселась на диван.
— Эх, а я надеялась, что это будет чуть по-другому…
— И как же? — усмехнулась Дункан.
— Думала, мы будем проникать на заводы как шпионы и налаживать явки…
— А у Петра Петровича тут шпионы? — спросил Есенин.
— Саша… Иногда ты мне кажешься таким… наивным. — она закатила глаза. — Это даже не секрет. Разумеется, в каждой стране есть шпионы, как и в нашей. Разница в том, знает об этом правительство или нет.
— Лора, полный анализ энергии.
Я тоже решил сильно не тянуть и попрактиковаться в печатях. Чем черт не шутит, может что и получится? Надежды на то, что я сделаю за час полноценную печать, не было, но практика куда важнее.
— Ага, — кивнула Лора, появившись рядом со мной.
— Не забывайте, что мы покидаем страну через два дня, — сказала Екатерина.
— Катенька, ты конечно, извини, но обратно ты отправишся одна, — мило улыбнулся Есенин. — У нас не было таких договоренностей. У нас свои задачи, а ты тут только повеселиться.
