Таргитай

 – Или придётся упрашивать?

Молодой парень, ещё даже безусый, торопливо закивал.

– Кня… князь…на пятом поверхе. Позолоченная дверь. Только там же стражи…

– Спаси тебя боги, – сказал невр с облегчением.

Он отпустил несчастного, но гридень поскользнулся в крови товарища, упал. От столкновения с держателем для светильника на стене его череп хрустнул, будто яичная скорлупа.

Ноги понесли дударя к лестнице. В груди поднимается волна жара, бьёт в голову.

Возникшего на пути гридня Таргитай смёл, как миску со стола. За спиной раздался глухой удар тела о стену.

Стены, где в окна бьют кровавые лучи заката, мелькают, бросая на невра мимолетные отблески. Навстречу попадается челядь, но тут же бросается в стороны, прижимаясь к стенам и давая дорогу, либо несутся прочь и в испуге торопливо сворачивают за углы.

Дударь бросился вверх по лестнице. Добежав до пятого поверха, Таргитай рванул направо, по дороге сбив с ног молодую пышущую здоровьем служанку. Та уже обрадованно заулыбалась. Оглядев могучую фигуру парня, радостно закричала: «Насилуют!» Однако дударя уже след простыл, она проводила его разочарованным взглядом.

Золочёная дверь блестит в свете укреплённых на стенах факелов. Угрюмые стражники застыли у двери, уперев в пол массивные копья.

Невр заметил их бритые головы без шлемов, торчащие на лысинах чубы. Ярость в груди вскипела – эти двое загораживают проход к Мечу Гардея, который поможет всё исправить…

Стражники лихо бросились навстречу. На лицах радостные оскалы, это же артанцы, которые не могут и дня без драки, им бой – всё равно что гулянка, видать, личная охрана князя, остальные были послабже.

Таргитай словно налетел на каменную стену. Поднялся на ноги, изумлённо воззрился на воинов. Он не Мрак, изо рта вместо рычания вырвался негодующий вопль. Артанцы захохотали, обнажив ровные белые зубы."

"Дударь бесстрашно шагнул к ним, чувствуя, как кулаки сами несутся впереди, находят цель, тыкаются в твёрдое. Челюсть и скулы несколько раз обожгло ударами, он тем яростнее бил в ответ, забываясь и лупя так, словно его к стене прижал громадный бер. Сквозь кровавую пелену видел лишь смутные очертания стен и лиц, кулаков, что мелькают в воздухе.

Наконец, Таргитай, тяжело дыша, осознал, что драться уже не с кем. Стены коридора перестали качаться. Оглядевшись, узрел, что стоит один, поверженные артане распластались на полу. На них нет живого места, лица обезображены, будто по ним молотили цепями, а потом ещё кузнечным молотом.

Сердце напоминает о себе Тарху гулкими толчками в груди, громким, тяжёлым стуком в ушах.

За окнами по-прежнему казнь, там, срываясь на хрип, кричит очередной терзаемый.

«Только бы не Степан!» – мелькнуло у Таргитая.

Смахнув с бровей едкий пот, он распахнул золочёные двери.