Таран

– Он самый, – подтвердил Шестипалый. – Братец покойного Лешки Соловья, которого ты на тот свет спровадил. Отомстили тебе, значит. Как насчет обратки?

– Что? – спросил Таран, ошарашенный новостью.

Он не верил ушам. Натахи больше нет? Ушла из жизни девушка, которая, несмотря ни на что, оставалась дорогой, родной и любимой. Как же так?

– Что? – повторил Таран. – Какая обратка?

– Око за око, зуб за зуб, – пояснил Шестипалый, закуривая. – В соответствии с библейскими предписаниями. Хочешь с Соловьем поквитаться?

– Поквитаюсь, когда выйду.

– Он за это время или за бугор свалит, или до депутатов поднимется, а там тебе его не достать.

– Достану, – пообещал Таран, принимая предложенную сигарету.

– Есть вариант, – произнес Шестипалый, медленно выпуская дым сквозь ноздри. – Такой, чтобы долго ждать не пришлось.

– Что за вариант?

Ответ был ошеломляющим, как и многое другое, что довелось сегодня услышать Тарану от вора:

– Тебя через пару дней выпустят.

– Выпустят?"

"– Угу. Выпорхнешь на свободу с чистой совестью и новым паспортом на чужое имя.

– Издеваешься? – насупился Таран.

– Нет, я на полном серьезе. – Шестипалый уперся локтями в стол, приближая узкое морщинистое лицо к Тарану. – Вместо тебя в тюрьме другой сиделец образуется.

– Кто?

– Какая тебе разница? Доброволец. Мне это обойдется недешево, но денег и связей хватит. Как тебе мое предложение?

– Заманчивое, – признал Таран. – Но все зависит от того, что я буду тебе должен взамен.

Шестипалый повел рукой, сметая со стола объедки. Было видно, что он переходит к главному. Прелюдия закончилась. Опираясь на локти, вор вытянул шею, приблизив голову к лицу Тарана. Говорил он быстро, отчетливо и тихо:

– Ну, во-первых, ты должен добраться до Соловья, который мне тоже поперек горла стоит. У него мои бабки. Отберешь, можешь мочить Соловья. Но не раньше, чем он насвистит про то, где украденное хранит. С трупака, сам понимаешь, не спросишь.

– Понял, – кивнул Таран.

– В Курганске тебя встретят, снабдят всем необходимым, помогут, чем смогут. Но работать будешь один.

– Почему я?

– В нашей крытке ты авторитет в одиночку завоевал, а это дорогого стоит, – стал пояснять Шестипалый. – К Соловью у тебя личные счеты, так что купить ему тебя не удастся. Далее. В Курганске ты никого не знаешь и тебя никто не знает, что опять же исключает измену. Не для того же соколика на волю выпускают, чтобы он за тридевять земель слинял.

– Если я за что-то берусь, – сказал Таран, – то слово держу и из вагона в вагон на ходу не прыгаю.

– Вот тебе и еще одна причина, – усмехнулся Шестипалый. – Ну и твое боевое прошлое, конечно. Ты справишься. Заработаешь свободу, деньги и мою благодарность на всю оставшуюся жизнь. Дальше говорить не буду. У здешних стен длинные уши… Смотри сюда.