Танцуй для меня (СИ)

— Да, зайчонок, это я, — я сглатываю образовавшийся ком в горле и называю Матвея так, как при жизни звала его мама.

— Ты пришла… Я очень скучал.

— Я всегда буду тут, рядом с тобой, — я всхлипываю и вытираю слезы со щек. Тимур смотрит на меня и, кажется, впервые видит как я плачу.

Я разрешаю себе слабость, позволяю Матвею почувствовать материнскую любовь, надеясь, что это поможет ему вылечиться и на утро он ничего не вспомнит.

— Спасибо за все. Но ты не обязан быть здесь, — я шепчу, смахиваю влагу с мокрых щек, прикасаясь губами к холодной ручке ребенка.

Замечаю, как Тимур переводит взгляд с Матвея на меня.

— Я знаю. Но я хочу. Хочу быть рядом с тобой и твоей семьей, — в его взгляде возникает новый блеск, ранее совсем мне не знакомый. Мне кажется, что с этой минуты моя ненависть по отношению к этому мужчине навсегда исчезла из моего сердца, освобождая место для чего-то трепетного и более важного.

Глава 24. Язык любви

Язык любви… Что включает в себя эта фраза? Может поцелуи в лоб по утрам, когда ты нежишься в теплой пастели, а он выходит на морозную улицу? Или возможно когда он знает о твоей неуклюжести и кладет руку на угол деревянного стола, пока ты пытаешься поднять вилку с пола? Может быть, когда ты ранним утром готовишь его любимые сырники, которые сама терпеть не можешь?

Язык любви — это то, что не передать никакими словами.

Это поступки, совершаемые человеком без какой-либо просьбы или напоминания. Это твоя чувствительность к поведению, привычками, особенностям характера любимого человека. Ты просто делаешь и не требуешь ничего взамен. Не потому что так надо, а потому что ты так хочешь. Желаешь порадовать ее или его, увидеть эти ямочки на розовых щеках, распознать нотки теплоты в вечно грубом голосе, заметить появившийся редкий блеск в серьезных глазах.

А может это когда он такой важный и занятой владелец клуба сидит всю ночь у кровати твоего младшего брата и охраняет ваш сон?

Тимур входит в палату с двумя стаканами ароматного кофе, который разливают в местном кафетерии. Тихо прикрывает дверь, бесшумно проходит к дивану, на котором он провел целую ночь. Все делает неспешно и спокойно, лишь бы нас не разбудить.

— Доброе утро, — сонно произношу я.

Не скажу, что я могла спокойно поспать эту ночь, мозг подсознательно вырывал меня из дремоты после каждого движения Матвея. И только под утро, когда солнце начало заливать ярким светом палату, я смогла немного отдохнуть.

— Доброе, — голос с хрипотой и карие глаза. Тимур подходит ближе ко мне и протягивает картонный стакан. — Кофе отвратительный, но другого не было.

— Ничего, — я беру стакан в руки и пытаюсь улыбнуться.

— Я разговаривал с врачами, сказали, что прогнозы хорошие.