Танкист-штрафник (с иллюстрациями)

С харчами оказалось не густо. У немцев в захваченном поселке консервами разжиться не удалось. От завтрака оставался лишь котелок синей ячневой каши и половинка сплющенной хлебной буханки. Правда, имелся трофейный ром, но пить я запретил, сказав, что вскоре предстоит бой.

Вася Легостаев подогрел на крошечном костерке кашу и поставил на крыло танка. Котелок выскребли до дна, хлебное крошево запили водой. В небе кружились одинокие снежинки. Взъерошенная ворона села на ветку, наблюдая за нашим обедом и одновременно кося взглядом на обугленное тело танкиста без ног, лежавшее рядом с догорающей машиной.

Перехватив мой взгляд, Кибалка сказал, что тело не вытащишь, от огня сильный жар.

– Ладно, дуй на насыпь и понаблюдай. Только осторожнее, у фрицев крупнокалиберный пулемет. А ты, Василий, неси свой ДТ. Попробуем отремонтировать."

"Легостаев заявил, что пулемет надо менять, но все же вытащил из гнезда и положил передо мной «дегтярев» танкового образца. Пулемет неплохой, со складным прикладом и емким диском на шестьдесят три патрона. Как и любое оружие, оно не любит дураков, а Вася Легостаев, несмотря на десять классов, курсы стрелков-радистов и высокую довоенную должность лаборанта, проявил двойную глупость.

Сначала строчил из него непрерывными очередями, а когда заклинило затвор, пытался устранить неполадку тяжелым молотком. Рукоятка перезарядки не выдержала грубого обращения и сломалась. Остался обломок сантиметра два.

– Василий, ты башкой думал? – спросил я, пытаясь определить, насколько крепко заклинило механизм.

– С оружием надо, как с девушкой, – выдал расхожую фразу Рафаил. – Нежно, ласково. Тогда что-то получишь. Ты, Вася, девушек, наверное, никогда не обнимал?

– Ты много обнимал! – огрызнулся Легостаев.

 – В вашем ауле все девки в штанах да паранджах ходят, ни ног, ни рожи не видно.

Я цыкнул на обоих. Из пулемета, особенно в сорок первом и сорок втором, я настрелялся достаточно. Такие штуки с затвором иногда случались. Приказав Легостаеву крепко держать ствол, я выбрал в ящике молоток поменьше, пассатижи и принялся постукивать по обломанной рукоятке. Минут через пять затвор сдвинулся с места, показалась лопнувшая гильза, которую выбили шомполом.

– Ты хоть диски пустые набил? – спросил я, вытирая пот со лба.

– Так точно.

– Не знаю, как ты теперь перезаряжать будешь.

– У меня руки крепкие, смогу.

– Пробуй.

Когда Легостаев все же взвел затвор раз и другой, подкатил мотоцикл с двумя бойцами. Из коляски торчала минометная труба. Командир расчета доложил, что прибыл в мое распоряжение, а к миномету имеется двадцать девять мин.

– Тридцатую пожалели? – сварливо поинтересовался Кибалка, покинувший пост на верхушке насыпи.

Ответа он не получил и стал докладывать то, что я уже видел.