5
0О господи, не вернуться ли? В башне хотя бы сухо и не так промозгло. Куда он ее завел, этот чертов Макбет?
– Мяу! – раздалось у ног, и Марина с трудом подавила желание схватить кота на руки и ощутить его живое, успокоительное тепло.
– Вот что, друг, – сказала она почтительно и в то же время сдержанно. – Ты меня сюда завел – ты и выводи.
Макбет немедленно ринулся вперед, и Марине, чтобы не потерять его, пришлось припустить со всех ног.
Белый клок тумана мелькал впереди; она бежала, изо всех сил сдерживая себя, чтобы не оглянуться.
– Макбет!!! – заорала она.
– Мяу! – отозвался кот, а почудилось, будто он сказал: «Не бойся, я здесь».
Надо отдать должное Макбету: он откликался всякий раз, когда Марина начинала пугаться, и дело свое проводническое делал исправно: уже вскоре под ногами стало сухо, потом пол начал повышаться, и наконец Марина споткнулась о ступеньку.
Это была такая же винтовая лестница, как та, по которой она столько раз пробежалась сегодня. Может быть, кот привел ее во вторую башню? Хорошо бы: она обитаема, там комнаты Джессики и, кажется, Джаспера. Там-то уж, если Марина начнет кричать, ее наверняка услышат.
И вдруг она осознала, что Макбета впереди нет. Pастворился в темноте?
– Кис-кис! – окликнула Марина, на нелепое мгновение вдруг озадачившись размышлением, понятен ли английским котам этот русский призыв.
– Мяу! – услышала она насмешливый отзыв и облегченно вздохнула: понятен.
Огляделась: а где же Макбет? Его по-прежнему не видать, и голос его стал глуше, словно из-за стены доносится. А вот и стена! Марина зашарила по камню руками и ничуть не удивилась, когда наткнулась на две доски. Их удалось раздвинуть и протиснуться в образовавшееся отверстие.
Потянуло запахом свечей и еще чем-то сладковатым, приторным, не то духами, не то курениями.
– Спасибо, голубчик Макбетушко! Век за тебя буду Бога молить.
Она спохватилась, что говорит по-русски, однако этот кот, похоже, обладал незаурядной способностью к языкам.
– Мя-а-у! – был снисходительный ответ.
