3
0
Она выпустила изо рта густое кольцо дыма и, отложив в сторону трубку, сказала:
— Иди, присядь рядом.
Меня просто распирало от любопытства и желания познакомиться с такой колоритной личностью, поэтому я воспользовалась ее приглашением и забралась на нагретый солнцем камень.
— Не боишься? — она приподняла седую бровь и взглянула на меня. — Никогда ведь не ходила здесь раньше.
— Не боюсь, — абсолютно честно ответила я. — Ни в корзину, ни в печь я уже не влезу."
"Старуха хрипло рассмеялась и зашлась сухим, надрывным кашлем. Постучав себя по тощей груди, она снова засунула трубку в рот и глубоко затянулась.
Прошло несколько минут и она, наконец, сказала:
— Чужая ты будто, по-другому я тебя чувствую…
— Что значит по-другому? — я насторожилась, внимательно глядя на нее.
— Это как музыкальная шкатулка… — медленно произнесла Эдмунда. — Вот уронит ее ребенок, разобьет внутренности, а родители ее мастеру на починку отнесут. Все поправит, починит мастер и снова она, как новая, только музыка уже другая, незнакомая…
У меня даже мурашки по позвонку пробежали от ее слов — неужели действительно почувствовала ведьма?
— Да вроде бы все, как и было, — пожала я плечами, делая вид, что не понимаю, о чем она говорит.
— Ну да, ну да… — она усмехнулась, показывая на удивление крепкие зубы. — Как Марко и Матео?
— Хорошо… Проказничают, — ответила я, щурясь от солнечных лучей. — Наверное, стоит найти им занятие.
По этому неспешному разговору, я понимала, что старуха много знает о семье Изабель и мое любопытство становилось все сильнее.
— Дай-ка мне руку, — Эдмунда снова выпустила красивое кольцо дыма и напомнила мне курящую гусеницу из «Алисы в стране чудес».
Ощущая небольшой трепет, я протянула ей руку ладонью вверх и даже вздрогнула, когда она оказалась зажата в сухих, теплых пальцах старухи. Ее удивительную энергию было тяжело не почувствовать и легкие покалывающие всплески, пронзали мою кожу до самого запястья.
Эдмунда что-то зашептала и, раскачиваясь, принялась водить мундштуком трубки по линиям на моей ладони. Потом она замерла и подняла на меня свои темные, как ночь глаза, поддернутые туманной дымкой.
— Выбор… выбор… Тебя заставят выбирать… Нельзя поддаваться! Правильный путь сейчас у тебя донна… Темный человек с Севера… а ты у его ног… Он принесет и слезы и радость… Будь осторожна!
Старуха, будто вынырнула из какого-то беспамятства, и ее взгляд снова стал ясным и пронзительным. Она отпустила мою руку и взялась за трубку, будто ничего и не произошло.
— Кто этот человек с Севера? — спросила я, взволнованная ее предсказанием.
