Собственность бывшего

А потом как-то раз и перестал рассказывать. Вообще запретил говорить о тебе. Даже когда я вышел, и мы редко встречались о тебе вообще не упоминали. Думаю, наконец, у тебя мозги появились. Правда видела бы ты его в тот момент, когда ты уехала…

Что? А что было?

— Достаточно, — отрезает Артур, а я хмурюсь. Так не пойдет.

Наливаю себе шампанского. Вкусно, и смелости предает.

— Нет, погоди. Мне очень интересно, что делал Артур, когда я уехала. Сомневаюсь, что он страдал. Я ведь никогда не была его девушкой. Так, бесплатным спермоприемником, которая не была достойна не носить его фамилию, ни тем более ребенка…

— Все, — забирает у меня бокал Артур, а я бешусь только. Шиплю.

— Что? Правду слушать не нравится? А мне вот наоборот нравится напоминать себе, кто ты такой. И даже отличный секс не может этого изменить.

— Спасибо за компанию, созвонимся, — говорит вдруг Артур и я понимаю, что говорит он это застывшему Мирошину, жадно раскрывшему рот в желании узнать все грязные подробности.

Но ему это не светит. Смена клоуна на сегодня закончена.

— Ладно-ладно, я понял. Хотя я бы с удовольствием послушал продолжение этой истории.

— Вали.

Мирошин подмигивает мне и уходит. Я откидываюсь на диване. Полусонным взглядом наблюдаю, как официанты приносят мой любимый салат и апельсиновый сок. Сейчас мне кажется я сделала что – то не так, ляпнула лишнего, но мне все равно. Сейчас просто все равно.

— Не думала, что ты замечал подобные мелочи, — провожу пальцем по запотевшему стакану сока. Апельсины, цитрусы. Если была возможность, я всегда покупала только их. Даже сейчас, когда я могу позволить себе больше, старые привычки не искоренить. Может и у Артура также?

— Мелочи — моя работа. Ешь давай, — принимается за свой стейк Артур, аккуратно отрезая куски и складывая их в рот, тщательно пережевывая. Вот и меня он так же пережевал. И жену свою. Он такой спокойный, идеальный, словно секс со мной — очередная мелочь, его работа. Тошнит от этого. От того, что другие всегда знали о нем больше, чем я.

Но есть хочется, и я берусь за свой салат с курицей, запивая его соком. И пока ем, пытаюсь представить, что будет, если я скажу мужу про измены. Беру пример с Артура и просчитываю варианты развития событий. Простит? Ударит? А может он разведется со мной, его сестра выкинет меня из клиники? Тогда Артур приютит, снова будет приходить с чужим запахом, уходить к своему ребенку.

— Твоя жена беременна, — почему-то вспоминается мне. — Поздравляю.

— Не от меня."

"— Нельзя утверждать это с полной уверенностью, — хотя в его словах чувствуется твердость, которая повышает уровень моего настроения. Если ребенок не его, то, может… Хотя что может? Я уйду от мужа? Стану снова тенью Левицкого? Это ли мне нужно?

— В отличие от меня, настоящему отцу этот ребенок нужен.