Собственность бывшего

Один замах бритвы неожидавшей прыти от терпилы Дианы Тани — и она отступает, резко прижимая к щеке руку, сквозь пальцы на которой стекает кровь. Я сглатываю. Я врач. Помню все эти «не навреди», но когда мне угрожают, сдерживаться не стану.

— Ах ты сука! Ты что наделала? — визжит она так оглушительно, что уши закладывает. Я снова взмахиваю рукой, но тут же получаю удар по щеке, падаю на стену. Она тут же толкает меня на пол и нависает сверху, капая кровью из порезанной щеки.

— Ты меня всегда бесила. Терпеть не могу таких добреньких. Идеальных. Но ведь мы с тобой знаем, что на деле ты похотливая дрянь, которая все время ворует чужое. — Я выставляю руки, сдерживая шприц, который уже так близко. Она такая тяжелая, но и убить себя не позволю. Смотрю на ее большой нос, который на расстоянии пары сантиметров, чувствую, как во рту скапливается слюна, и решаюсь.

Одно движение — и зубы смыкаются на солоноватой коже, а перепонки разрываются от крика.

В этот момент ее стаскивает с меня Артур. Артур пришел. Я спаслась. Надо думать об этом, радоваться. Отдышаться. А я размышляю, как он мог попасть в квартиру без ключа. Значит, ключ был.

Но в этот момент в спальне виднеются МЧС-ники. Они забирают окровавленную Таню, а Артур поднимает меня к себе, обнимая. Все хорошо, Он вызвал МЧС, они взломали дверь. Артур спас меня. Он не предавал меня. Все хорошо.

Но Таня не закончила. Решила-таки добить меня. Выстрелить словами на поражение. А иначе как назовешь ее смех?

— Думаешь, он любит тебя? Дура! Он и подсказал мне, как сделать тебя безопасной, предложил давать тебе вместо лекарства противозачаточные. А после стольких лет даже не думай, что твоя мечта исполнится. Я умру в тюрьме, а ты сдохнешь одинокой и несчастной. Сука.

— Вы, блядь, уведете ее или вам попкорна насыпать? — вздрагиваю от крика Артура, который делает шаг и хлопает дверью ванной. Нас обволакивает тишина. Гнетущая, опасная, предгрозовая.

В моей руке все еще бритва. И я не соображаю. Резко, сильно замахиваюсь, рассекая Артуру щеку почти в том же месте, где и Тане."

"Но если та кричала и обзывалась, то он даже не шелохнулся. Продолжил стоять на месте. Смотрит на меня все так же внимательно. А я больше не могу. Слезы градом. Бритва вываливается из рук, и я оседаю на пол, собирая в голове черный пазл. И где-то там, за тоннами черной краски, тонет образ любимого человека, который лишил меня мечты, заменив ее на стены элитной квартиры.

— Диана, давай поговорим.

— Уходи, Артур, — сквозь слезы и крик срывается с губ. — Уйди отсюда немедленно!

— Нет.

— Тогда уйду я. — Поднимаюсь, облокачиваюсь на стену, а когда Артур пытается помочь, кричу снова: — Отвали, скотина!

— Нет. Это твоя квартира. Ты останешься здесь, а я уйду.