1
0Я-то уже и забыть успела, от кого из родителей унаследовала свою тёмную гриву.
Помимо воли я заулыбалась.
Даже интересно будет пообщаться с копиями моих предков, помоложе оригиналов. Или же Элис была права, и это мы — копии? Ох, лучше о таком вовсе не задумываться.
Тем временем маменька закончила бессвязно причитать и воскликнула с ужасом:
— Элис, твои наряды! Они безвозвратно испорчены!
— О, какой ужас! — отозвалась я эхом, с трудом скрывая злорадство. Если там все такие, как этот балахон, то туда им и дорога.
Отец покосился на меня с подозрением, но в женские дела лезть не стал, а, как и обещал, развернулся и ушёл.
— Тебе срочно нужно к модистке! У тебя ничего нет в дорогу, даже белья! Это просто кошмар. Всё мокрое, просохнуть до завтра точно не успеет, а у тебя с утра дирижабль, — по-деловому сообщила дама, резко успокаиваясь.
Ну, как я и думала. В отсутствие мужа играть безмозглую истеричку смысла нет. На поверхность тут же вылезла мать семейства и рачительная хозяйка.
— Либби, остаешься за главную!
— Да, мефру! — пискнула одна из горничных, возгордившись от оказанного доверия, и тут же принялась командовать товарками.
Интересно, «мефру» — это имя или формальное обращение?
— Пойдём же, Элис! Не будем терять времени! — недолго думая поторопила меня матушка серией тычков пониже спины. — Шубка твоя внизу, поедешь в домашнем платье, ничего с тобой не случится.
— Ага. Значит, это не ночнушка, — приняла я к сведению. Женщина на меня странно покосилась, но переспрашивать не стала. — Только я вся мокрая! Я же простужусь!
Матушка отступила подальше и только тогда разглядела расползающиеся по моей груди и животу пятна от снега.
— Какая же ты неловкая, Элис! А ещё утверждаешь, что можешь сама о себе позаботиться. Пойдём, переоденем тебя.
— Вот как раз переодеться сама я вполне в состоянии, — огрызнулась я.
Стресс, притуплённый было стремительно развивающимися событиями, наконец-то меня догнал, и в теле поселилась мелкая противная дрожь. Холод этому способствовал. Тряпка на мне пропиталась ледяной водой и неприятно липла к коже.
— Найти бы только во что.
— Думаю, мои вещи тебе подойдут, — она ухватила меня за руку и потащила по коридору.
Я послушно позволила себя проводить — ведь Элис рассказала мне лишь об основных событиях своей жизни и проблемах, и совершенно точно не рисовала план родного дома. Придётся запоминать на ходу."
"Комнаты родителей Элис были попросторнее и состояли из пяти частей. Небольшого помещения с диванчиками и столиком для чаепитий, общей гардеробной и двух спален, соединённых ею. Ванная тоже была общей, с двумя дверями на противоположных сторонах.
