3
0
Макаров сам захлопнул дверь внедорожника за Полиной, хотя на помощь уже подскочил кто-то из принимающей делегации. Алексей приподнял ладонь, мол — все нормально, справлюсь сам.
— Сейчас мы едем в отель, — сообщил ему помощник, подойдя вплотную. — Вся официальная программа начинается завтра, сегодня только приветственный ужин…
Помощник заглянул в сотовый, ища графу с адресом и точным временем.
Макаров же скосил взгляд на тонированное стекло. Полину не было видно.
— Все встречи нужно минимизировать, — бросил Макаров хмуро. — Скажи, что моей жене нужно отдохнуть после перелета.
— Да, это само-собой. Но полностью проигнорировать ужин — будет странно.
— Мы будем. Просто сдвинь расписание настолько, насколько сможешь. Чтобы все заняло час, не больше.
Глава 27
Макаров
Отель оказался сетевым и респектабельным. Макаров не ждал чего-то другого и был рад, что хотя бы тут обошлось без сюрпризов. Он часто останавливался в этой сети и чувствовал себя в их номерах как дома. Пожалуй, в своих квартирах и загородных особняках он бывал реже.
Их с Полиной проводили в люкс, откуда его помощник довольно оперативно выпроводил всех лишних людей. Высокая дверь с электронным замком захлопнулась и чужие голоса, наконец, стихли. В люксе осталась лишь Полина с доктором и его личный секретарь, которая заняла место Анфисы."
"Макаров посмотрел на девушку в строгом брючном костюме и без уточняющих вопросов протянул ладонь. Секретарь отдала ему бумаги.
— Потом, — Алексей прервал ее, хотя она успела лишь взять воздух в легкие. — Станислав не звонил?
Он поручил ему все дела, связанные с Ириной. Макаров сказал ему, чтобы он поговорил с ней и выяснил, чего она хочет. Также он дал ему понять, что ей лучше остаться в загородном доме. Если начнет капризничать, пусть тянут время. Макаров не собирался задерживаться в Корее, он хотел побыстрее разделаться со сделкой, получить чертов контракт и вернуться назад.
Нормально поговорить с ней.
Со второй попытки.
Как раз она остынет и перестанет реагировать на него, как на красную тряпку.
Отойдет от переживаний.
Макаров списал ее острую реакцию на нервотрепку после того, что устроил Артур.
Он вроде бы нашел логическое объяснение, но все равно раздражался из-за ее поведения. Ведь Ира не захотела его слушать, выставила стену и смотрела так, словно считала секунды, когда он уже исчезнет с глаз. Он не привык к такому. Появилось неизвестное прежде чувство, будто его подвесили на крючок. Он не мог сорваться с него и мыслями то и дело возвращался к ней — к ее красивому лицу с поджатыми губами и к ее глубоким глазам, в которых потонули все теплые огоньки.
Ему не нравилось это.
Злило.
И в то же время тянуло назад.
На грани инстинкта.
Он сам не понимал, какого черта так.
