Сломленный рыцарь

Бейли рядом с ним, раскачивается взад-вперед, реальность ударила их по лицу в полную силу. Слишком молодые. Слишком рано.

Эди, папа и Рэйсер сидят рядом со мной, мы рассеянно касаемся друг друга, благодарные, что можем. Папина рука на плече Эди. Она прижимает Рэйсера к груди, а он крепко сжимает мою руку.

Присутствует вся улица. Спенсеры. Фоллоуилы. Рексроты. Все втиснулись в комнату ожидания в больнице, чтобы поддержать Коулов.

Все, кроме Найта.

Мои предположения о том, где он, были те же, как и у остальных здесь. Когда я призналась, что знала о ситуации с Розой, я ждала, что он поднимет шум.

Это было бы справедливо. Я утаила нечто важное от него. Это правда, что Роза попросила меня поклясться, что я буду все держать в тайне, но я могу понять его убежденность в предательстве.

Я ерзала на своем месте, вспоминая, как затуманились его глаза, когда я призналась, как радужные оболочки превратились в две темные реки крови. Тем не менее вместо того, чтобы противостоять мне, кричать, ломать вещи, разбивать костяшки – то, что обычно делал Найт, – он просто улыбнулся. Жуткой, тревожной улыбкой, которая заставила мое сердце биться, как у дикого зверя.

И я хочу уважать его желание побыть в одиночестве, но я также боюсь, что потеряю его, оставив в покое, когда ему так больно.

Телефон завибрировал у меня в руке. Очередной звонок из Техаса. Что за чертовщина?

Я жду, пока Найт подаст признаки жизни. Я отправила ему дюжину сообщений. Ответы на телефонные звонки никогда не были моей сильной стороной. Все знают, что я не разговариваю – не разговаривала. В моем понимании разговор все еще зависит от случайных всплесков уверенности, это не регулярное явление. Многие в этой комнате еще не слышали мой голос.

Кажется странным просто ответить на звонок и начать разговаривать, когда ты не делал этого все восемнадцать лет.

Когда третий звонок из Техаса высветился на экране, я извинилась и вышла наружу, закрывая дверь за собой.

Я нажала ответить и поднесла телефон к уху, но ничего не сказала.

– Алло? – Я услышала отчаянный женский голос.

Кажется, что она бежит. Ее дыхание раздается у меня в ухе, слышен фоновый шум, скрип колес, лифт, звонки телефонов.

– Алло? Слышит меня кто-нибудь? Лунный свет?

Лунный свет? Почему она зовет меня?…

Найт.

– Кто это? – ответила я.

Все мое тело загорелось при мысли, что он в беде. Плохое предчувствие поселилось у меня в животе, как кирпич. Я начала ходить из стороны в сторону.

– Его мама.

Я остановилась. Посмотрела на стеклянную дверь. Мои пальцы онемели.

– Та, которая его родила, я имею в виду. – Она звучит такой далекой. Бег остановился.

– Где он? – спросила я.

У меня нет времени удивляться. Мама Найта с ним? Она общается с ним? Все кричит о нереальности и странности. У меня закружилась голова.