Женщина должна, как раненый партизан, из последних сил доползти до кухни и навести чистоту или устроить новорожденному феерическую ночь, чтобы ему было о чем вспомнить на старости лет.
Утром оба проснулись мрачные и с тяжелой головной болью. Женя злобно понаблюдал, как Валентина жадно пьет капустный рассол, не позаботившись о нем, а Валя, оглянувшись и поймав его взгляд, буркнула:
– Чего расселся? Праздник закончился. Я готовила – тебе убирать."
"Оповестив Женю о своем отношении к жизни, она ушла спать. А Евгений вдруг с пронзительной тоской вспомнил Галочку: тихую, скромную и нетребовательную.
– Светлана Николаевна! – почти искренне обрадовался он. – Здравствуйте! Как жизнь?
Глупо было надеяться, что злопамятная теща забыла его голос и все с ним связанное.
– А Галя дома? – прервал он бывшую тещу на самом интересном месте. Переключалась Светлана Николаевна легко, как хорошо смазанный тумблер.
– Вы хочете песен – их есть у меня! – рявкнула она. – Про Галю он вспомнил! Все. Нет больше Гали!
Галочка, с изумлением вслушивавшаяся из кухни в мамин монолог, поперхнулась и замерла. А у Жени в голове пронеслись страшные расплывчатые догадки, холодными мурашками прокатившиеся по спине и затылку. Мама умела нагнетать обстановку и классически портить настроение. Далее по тексту все-таки выяснилось, что Галя есть, но осталась одна оболочка, потому что подлый вампир выпил ее душу.









