11
0И был моим командиром, которому я доверяла. Я кусала его нежное ухо, со всей ненавистью к миру, в котором приходилось изворачиваться, бежать, сражаться за свою жизнь. И со всей душевной привязанностью, рвущей мое сердце на части.
— Фаворра…
Приходилось тянуться на цыпочках, цепляться пальцами за атласные борта.
— Все хорошо, я рядом, — горячечно зашептала я, почувствовав, как он зашевелился. — Нет причин для волнения.
Он вздохнул, не открывая глаз. Но услышал, значит надо продолжать…
— Ты нашел меня, спас. Крейг сядет в тюрьму…
— Н-не сядет, — пробормотал Диего, наклоняясь больше, чтобы притиснуть ко мне свое многострадальное ухо.
— Почему?
— Он в больнице, я ему лапы оторвал.
Неожиданная информация, которую кое-кто от меня скрывал, пока не оказался почти в беспамятстве. Даже не знаю какую стратегию теперь выбрать: приводить в здравое состояние или заняться удачно подвернувшейся возможностью допроса с пристрастием.
Что он там оторвал? Я завозилась, пытаясь сообразить, сможет ли регенерация вернуть конечности сильному оборотню. По крайней мере я о таком не слышала.
— Но ты говорил, что вернемся и засудим его.
— А потом засудим, — легко согласился Диего, продолжая подсовывать мне орган слуха, который явно приносил ему дополнительные ощущения, е только информационного характера.
Я оценила немного уменьшившуюся «воронку» над головой мужчины и лизнула мочку, с удовлетворением отмечая, как он послушно дрогнул за движением языка.
— А как поступим с Вальтезом? Ты с ним так вежлив…
— Ты под договором с ним, нельзя рисковать, — выдохнул он. — А потом… тоже засудим.
Уткнулся носом в мои волосы, сильно и шумно вдыхая. И до меня вдруг дошло, что звала я звериную ипостась, которой не доставалось сладкого уже несколько дней.
— Тебе надо отдохнуть, — трусливо предложила я, пытаясь отодвинуться.
— Очень надо, — подтвердил Фаворра, кажется, довольный моим барахтаньем.
— Поспать!
— Как ты меня понимаешь, — он приоткрыл все еще багровые глаза. Качнулся вперед, обняв за плечи. И, обдав горячим воздухом, жадно поцеловал.
— Я не это имела в виду, — получился какой-то писк, тут же заглушенный еще одним голодным, отчаянным поцелуем.
— Диего, ты не в себе, а мы в опасности! Находимся неизвестно где, не до глупостей, нельзя терять время, — пропыхтела я, упираясь руками. Пальцы уцепились за кружево и сдернули на бок нашейный платок, и так уже мной не раз потревоженный.
— Никак нельзя терять время. Перед лицом смертельного риска меня спасешь только ты. Давай быстрее…
И снова губы.
