1
0Умирающий ежесекундно менял лица и цвет волос, и на меня накатывала тошнота, хотелось бежать-бежать без оглядки, разбить стены и улететь от этого бесконечного ужаса."
"А потом они оба умерли, и я проснулась от боли в своей тёмной комнате, ещё не пропустившей внутрь первые лучи солнца.
Отдышавшись, решила не тратить время зря и заняться своими вассалами и финансами. После всех потрясений меня одолевало дикое желание припрятать деньги. Может, перевести в золотые монеты и выстелить себе вторую сокровищницу? Переоформить часть собственности на подставное лицо? Вывести активы в иные миры?
Мои деньги в опасности — об этом кричало всё моё существо, и потому хотелось перевести всё в золотые монеты и улечься на них, подгрести лапами, накрыть крыльями.
Опасное желание на самом деле, потому что золотые монеты ещё и охранять надо (особенно после того, как кое чья избранная бессовестно поживилась в сокровищнице ректора Дегона!)
Пока я боролась с желанием накупить золотых монет, за окном основательно посветлело.
Заметив это, я одёрнула себя и отправилась заниматься делами.
Приведение себя в порядок, письма управляющему и казначею, чтобы ввели меня в курс дела, изучение документов, перетасканных из комнаты Элора, пока его не было… Я не сразу заметила подсунутую под дверь записку и ключ от сокровищницы.
«У меня там человек в сокровищнице сидит.
Покорми его завтраком, мой секретарь».
Судя по изгибам букв, Элор был слегка не в себе, когда писал это. Я понюхала тёмное бордовое пятно на краю бумажки — пахло вином. Элор нашёл, чем себя утешить.
Да, было очень не по-дружески ничего не сказать ему о первых бронированных чешуйках, но обстоятельства к этому не располагали, а потом… я и сама как-то забыла, хотя это событие в жизни дракона важное.
Но жажда припрятать деньги — это очень по-драконьи. И тревожный знак, показывающий, что нервы у меня сдают. Пятнадцать лет почти непрерывного напряжения, приближающийся период размножения, умирающий Элор… пожалуй, пора нервам просить пощады.
И пора проведать Элора, а затем покормить человека, они слабые, без еды быстро умирают.
Ночью Элор стучал ко мне и пьяно требовал объяснений, пришлось наложить на дверь заглушающие чары.
Но как только я её открыла…
Внизу что-то разбилось.
— Диора, не огорчайся, — на этаж ниже увещевала Сирин Ларн.
— Как не огорчаться? Вейра говорит, и она права, что что-то не видно, чтобы Элору всерьёз искали лекарство, всем будто не до него. А что, если он умрёт, и так ни на ком из нас не женится и ребёнка не сделает?
Мда, проведывать Элора без надобности, законные проверяльщицы уже на месте.
— Он же сказал, что дети будут только от избранной, — напомнила Сирин Ларн.
