1
0
Я упорно смотрела в книгу и старалась не слушать, что они говорят, не думать, что Дариона сейчас тискают любовницы Элора, и Элора тоже тискают — Сирин Ларн. Я ведь тоже дракон. Собственник.
И как дракон-собственник я прекрасно понимаю, что инстинкты разбудить не так уж сложно, и Вейра, Диора, да даже Сирин при всей её холодной отчуждённости, тоже это прекрасно знает.
— Это сейчас ты понимаешь, а потом начнёшь рычать, — проворчал Дарион.
— Я знаю, что эти две даже не в твоём вкусе, — хмыкнул Элор. — Ты же любишь миниатюрных, светловолосых…
Не понравилось мне, каким задумчивым стал его голос под конец фразы.
— Кстати, Дарион, а почему ты не женишься? — нарочито бодро полюбопытствовал Элор. — У Илаинды уже собственная дочь на выданье, а ты до сих пор всё один да один.
Кажется, это первый раз, когда при мне заговорили о бывшей невесте Дариона. Впрочем, поводов не было: она как уехала в имение мужа на территории Фламиров, так и жила там тихо, растила детей и не давала поводов ни для сплетен, ни просто её вспоминать.
Но теперь Элор зачем-то решил ковырнуть старую рану Дариона."
"— Вот-вот, ты такой мужчина замечательный, — вздохнула Вейра под шелест своего платья. — А всё по борделям гуляешь вместо того, чтобы осчастливить кого-нибудь своим пристальным вниманием.
Смотреть только в книгу было сложно, а читать и вовсе не получалось, я лишь водила взглядом по странице, стараясь даже боковым зрением не фиксировать, что драконессы там творят на диване и софе.
— Да, завязывал бы ты с борделями, — в голосе Элора даже нарочитой бодрости не осталось.
— С чего вдруг такая забота о моём свободном от службы времени? — поинтересовался Дарион с ехидцей.
— Дорого в бордель ходить.
— Не волнуйся, Элор, у меня денег достаточно. Ты бы о себе подумал: что ты всё с тремя да с тремя.
— А кто же ещё приласкает меня для поднятия настроения? Даже ты, незапятнанный наш, бордель посещаешь, чтобы пар спустить, а я должен в одиночестве сохнуть?
— Мужчины, — вздохнула Вейра. — Им не понять прелестей платонической связи, всё усохнуть в одном месте боятся.
— Или распухнуть, — хихикнула Диора.
«Меня здесь нет. Меня здесь нет», — стала повторять про себя, старательно сосредоточиваясь на словах книги.
Не стоило обращать на драконесс внимания: ну обменяются колкими фразами, ну выведут Элора из себя, потом всё равно помирятся, а у меня появится возможность переговорить с Дарионом. Не моё дело, что там Элор будет делать.
Не моё.
Сосредоточение постепенно срабатывало, я всё чётче видела буквы, вчитывалась в слова, а голоса Дариона, Элора и его любовниц, нежные воркования, рык, новые воркования смазывались, отходили на второй план.
