1
0
Их агенты и раньше находились среди нас, просто мы думали, что это коренные жители, поддавшиеся пропаганде, а на самом деле есть иномиряне и не в виде туповатых чудовищ-вестников или требующих слияния с другими существами порождений, а вполне самостоятельных существ, практически неотличимых от людей или драконов.
Просто теперь мы воюем не с загадочной Бездной, а с загадочным Нараком.
И всё."
"Беспокойство вызывают лишь способности суккубов, и вопрос — почему они, обладая такими навыками, не завоевали нас прежде? Почему они просто нас не поработили?
Их мало?
Или им кто-то не позволяет это сделать?
Дарион говорил, что демоны бывают разными.
Так что суккубов действительно может быть немного. Или им не позволяют появиться здесь в большом количестве, чтобы они не набрали себе верную армию, способную изменить баланс сил в стане наших врагов.
В каком-то смысле ситуация с Бездной станет даже понятнее, ведь благодаря показаниям Эзалона (а также, возможно, демонокотов, если удастся их захватить и допросить) мы сможем больше узнать о наших противниках, подготовить контрпропаганду их прекрасному, но не существующему миру Бездны.
И Видящая — это тоже хорошо. Сильная, хорошо охраняемая — это просто чудесно.
Куда большие перемены могут произойти с моим положением в стране.
Воздействие суккубов, как говорил Дарион, без поддержки феромонов должно проходить, а мой дедушка, к сожалению, не достаточно много времени проводил вне дворца и вне воздействия Заранеи, чтобы можно было списать всё исключительно на её влияние.
Но мне в этом признаваться не обязательно, ведь откуда Халэнну знать, сколько времени дедушка последний год проводил дома, чем занимался и что говорил о превосходстве менталистов и создании искусственной личности?
Даже если вся императорская семья не захочет видеть меня на службе, им не в чем меня обвинить, так что ничего непоправимого не случится.
Значит, оставалось ждать и надеяться на благополучное разрешение ситуации. И на то, что мои вассалы и служащие ничего не учудят, пока я сижу здесь.
Подумав о вассалах, я вспомнила об оставленных Дарионом листах для записок и направилась к резному секретеру. Перо здесь было приковано к столешнице серебряной цепочкой. Я её подёргала — серебро явно креплёное магией от всяких шаловливых ручек.
