Секрет

— Ну…

На самом деле мне хочется сгрести ее в охапку и сказать прямо в удивленные глаза, что это именно то, что она думает и я просто не знаю, как еще можно трактовать эту дурость, но Туманов все еще смотрит на нас и вряд ли готов в один день вытерпеть и меня в качестве парня своей маленькой дочурки, и наши с ней поцелуи. Поэтому я ограничиваюсь кивком и Таня еще крепче обхватывает меня руками и влажно дышит куда-то в область ключицы.

— Подождешь меня в машине? – предлагает она. – Я… Мне нужно поговорить с родителями.

Я понимаю, что за мягкой попыткой выставить меня из квартиры, кроется желание поговорить с родителями наедине. О нас, само собой.

— Напиши мне, когда можно забрать твои вещи и тебя, - соглашаюсь я, хоть мне и не по себе от того, что в эту минуту Таня принимает удар на себя.

Вряд ли разговор с двумя взрослыми будет легким. Скорее всего, хоть официальное согласие от Туманова у меня в кармане, для Тани они врубят настоящую мясорубку. Я готов защищать ее от всего, хоть от торнадо, хоть от урагана, но это – ее семья, и разобраться с ними ей придется самостоятельно. Как взрослой маленькой женщине.

На улице снова снег: огромными пушистыми хлопьями валит прямо с неба, то и дело попадает на кончик сигареты и мне приходится нервно его стряхивать, пытаясь угадать, что происходит за дверью квартиры Тумановых. И выдержка начинает подводить, потому что проходит добрых полчаса – а от Тани ни слуху, ни духу. Понимаю, что у нее там не просто «Мама, я встречаюсь с мальчиком». У нее там как минимум семейный совет, и вряд ли менее приятные слова, чем те, которыми Нина пыталась воззвать к моей совести.

Дверь подъезда открывается – и Таня потихоньку спускаемся с лестницы, пока Туманов несет следом две объемных сумки. Я быстро подхватываю ее со ступеней и на руках отношу к машине.

— Папа захотел провести, - немного виновато говорит она, но я хорошо слышу осипший, как от крика голос и замечаю раздраженную складку между бровей. – Прости, что так долго.

Я забираю у Туманова сумки, укладываю их в багажник."

"— Ты понимаешь, что забираешь мою дочь? – Туманов придерживает меня за плечо.

— Понимаю.

Прекрасно понимаю.

Как и то, что теперь у нас с Таней начнется совсем другая жизнь.

Глава сорок четвертая: Таня

Неделю спустя

Чтобы сказать, какой стала моя жизнь за эту неделю, достаточно посмотреть историю моих комментариев в нашем девичьем чате. И сравнить ее с тем, что пишут другие девчонки. У Марины, например, новая Любовь до гробовой доски: двадцатилетний фотограф со старинным смешным именем Иннокентий и амбициозными планами на жизнь. У Таньки Самохиной ее любимая кошка подзаборной породы родила трех котят, чьими фото она спамит чат уже третий день.