Секрет

Все было проще, пока на горизонте не было девчонки с улыбкой, от которой меня тянет улыбаться в ответ, ее причудами, которые мне, взрослому цинику, хочется поощрять и которыми я – вообще труба – даже наслаждаюсь. Все было намного проще, пока у будущем, о котором я изредка задумывался, рядом не было никого подходящего, а был просто я: убежденный холостяк.

Когда на часах уже почти пять утра, все-таки изменяю своему решению не тревожить девчонок, и заглядываю в спальню. Они лежат в обнимку, громко в рассинхрон сопят, словно пытаются угнаться друг за другом, а рядом, глядя на меня печальными тряпичным глазами, лежит игрушечная сова. Честно, я испытываю к ней почти братское сострадание, потому что в этот момент мы похожи: тоже не у дел, и тоже не можем уснуть. И хоть рядом достаточно места, чтобы я улегся рядом, внутренний циник орет и ругается матом: «Не делай этого, мужик, и так вляпался по самые помидоры».

Да, кажется, действительно вляпался.

И весь следующий день – одно огромное тому подтверждение. Начиная тем, как мы втроем чистим зубы и устраиваем утреннюю пробежку по квартире от ребенка, которая изображает маленького вампира, и заканчивая вечером, когда я лично усаживаю Туман в такси и, как обычно, беру клятвенное обещание писать мне постоянно в дороге и сразу же, как зайдет в дом.

Через час приезжает Андрей: взъерошенный, не выспавшийся, но с огромной коробкой в руках, которая, для секретности, упакована в оберточную бумагу с совятами. Пока Соня, изображая взрослую, собирает свои вещи, мы с братом пьем кофе и говорим о своем, о мужском. В конце концов, я не выдерживаю и все же спрашиваю, почему он до сих пор никого себе не нашел.

— Потому что выбираю мать и жену, - усмехается он, очень плохо пряча грусть. – Это, как ты понимаешь, в два раза сложнее.

— Не сказал бы. – Вспоминаю, какой ажиотаж был повсюду, где появлялся за руку с Соней.

— Это пока ты просто «милый классный мужик с ребенком», - понимающе смеется Андрей. – А когда ты мужик, который не хочет никого приводить в дом и вместо тусы в клубе читает сказки ребенку – ты бракованный товар. У нас все как у одиночек с прицепом, только член между ног."

"Уже когда они собраны и Андрей нахлобучивает на дочку шапку, Сова вспоминает о кексах, несется на кухню и со словами «Мы испекли!» вручает их Андрею. Брат вертит угощения в руках и логично интересуется, когда я научился готовить, потому что прекрасно знает, какой хреновый из меня повар.

— А это мы с Таней готовили, - опережает меня малышка, и я нарочно громко откашливаюсь, чтобы привлечь ее внимание. Она тут же прикрывает рот сложенными крест-накрест ладонями, и виновато моргает.

— Таня, значит, - хмыкает Андрей.