11
0
Платье было приглушенно-малинового цвета, с закрытой спиной – что немаловажно! – и с расшитым мелким бисером корсажем, но, как по мне, с довольно большим вырезом.
- Тебе совершенно нечего скрывать, Эйвери! – в один голос твердила мне женская половила семьи Дольских, на что я, вздыхая, отвечала, что в этом они правы.
Скрывать мне было особо и нечего. Раз уж не выросло, то не выросло!
Но перед началом сборов на бал было суматошное утро в академии. На занятиях никто толком не учился, на что преподаватели смотрели сквозь пальцы, потому что мысли у всех были заняты как предстоящим вечерним весельем, так и завтрашним началом отбора в команду.
Мы кое-как отсидели пары, после чего отправились собираться на бал. И уже скоро наш этаж в общежитии превратился в одну большую общину, правда, не имевшую никакого отношения к тому, как было заведено у Таккеров.
Здесь все оказалось по-другому!
Все помогали всем – с платьями, прическами, одалживали друг другу туфли, делились духами и косметикой, словно мы были одной большой семьей.
После того, как я побывала в гостях у Дольских, такое мне казалось вполне естественным и даже правильным, потому что мы были хорошими подругами.
Ну, кроме Селии Винслер и Джастины Эрвей, воротивших свои благородные носы от «простых смертных», и еще нескольких всадниц со старших курсов, не желавших иметь с нами ничего общего.
Возможно, тех подговорила Кэсси, либо они были обижены на то, что наши с Риз имена появились в списках возле деканата, хотя там должны были быть они.
Но мне было наплевать на чужое недовольство, а Риз попросту не брала их в голову, предвкушая первое свидание с кронпринцем Эйданом. И так сильно прожужжала им всем уши, что у целительниц могла возникнуть здоровая неприязнь к династии МакГиллов.
Наконец, когда часы показывали шесть часов вечера, мы закончили со сборами и отправились в общую гостиную."
"На Марлин было огненно-красное платье, оттенявшее ее рыжие волосы, тогда как Риз надела бело-синее, чем-то напоминавшее национальный костюм Кирха, но, конечно же, стилизованный под моду Нерлинга.
Я была в малиновом – с узким корсажем и струящейся длинной юбкой; настолько красивым, что время от времени незаметно прикасалась к гладкому шелковому подолу…
Все еще не могла поверить в произошедшие со мной и моей жизнью перемены.
Перед выходом в очередной раз поглядела на себя в зеркало, не совсем понимая, как подругам удалось сотворить с моими длинными и прямыми волосами подобную пышную красоту.
Встречавшие нас в гостиной парни – два кузена Эйдан с Кайденом, а также Эгон Росс, всеми силами пытавшийся, по словам Марлин, перейти из категории ее кавалеров в женихи, – тоже выглядели выше всяческих похвал.
Парни дружно подарили нам по маленькому букетику.
