6
0Он цепляется за меня как колючка.
– И ты пригласила меня на ужин, чтобы все это сказать? Ты точно об этом хотела поговорить? У меня не так много времени, – нерасторопно встряхивает рукой, чтобы посмотреть на свои дорогие “Ролекс”.
Мужчина расслабленно откидывается на спинку стула, а я не могу и пальцем пошевелить.
Меня не оставляет чувство, что Брандт знает чуть больше, чем нужно. И это сводит с ума.
Вдруг Оскар прекрасно осведомлен о прошлой ночи? Жених следит за мной? Приставил охрану? С его связями и деньгами это более чем реально.
Либо я вконец загнала себя.
На кухне душно, каждый вдох дается с трудом.
– Не совсем. Я решила, что по телефону говорить о таком неправильно, учитывая, в каких отношениях мы с тобой находимся.
Глухо произношу. Мой голос уже не подчиняется мне, язык практически заплетается. Удивлена, что речь прозвучала понятно и ровно.
– Слушаю тебя, Ольга.
Хочется закрыть глаза, а когда я их открою, желаю, чтобы Оскар исчез. Странное желание, учитывая, что на пальце кольцо от него, а мой статус – его невеста.
– Давай возьмем паузу?
Выдыхаю.
Брандту явно не нравится озвученное предложение, но он старается это скрыть. Только что? Разочарование? Злость? Может, обиду?
За все время знакомства с Оскаром поняла, что он скуп на эмоции, но если Брандт злится, то никогда не кричит и не ругается. Воздух только вокруг становится как прокисший суп, который тебя заставляю насильно съесть. До тошноты, до рези в желудке, до обморока.
Я видела это однажды, когда зашла к этому мужчине на работу и по случайности стала свидетелем общения Оскара с сотрудником.
– Можно узнать причину?
Причина…
“Я запуталась” – не причина для него.
В конце концов, когда принимала его предложение, я не сомневалась ни на грамм. Оскар казался мне хоть и замкнутым, но с ним я была спокойна и уверена в завтрашнем дне, в защите.
Брандт не велся на мои истерики. А главное, у меня не было того вулкана страстей в крови, какой был с бывшим мужем.
Я перестала болеть. Излечилась от болезни под именем Максим Кречетов."
"Но как оказалось, вирус остался внутри организма, раз я испытываю те же симптомы, что были прежде.
– Прошу, Оскар, не дави.
– Разве похоже, что я давлю?
Бранд поднимается на ноги и подходит ко мне вплотную. В нос ударяет удушающий аромат его туалетной воды, наполненной приторной мужской сладостью и перцем.
Ненавижу перец.
– Ольга, знаешь, что я не терплю больше всего?
Боюсь поднять на него взгляд. Кажется, только им он сможет меня уничтожить.
Липкий страх пробирается через позвоночный столб и стискивает ребра. В теле дрожит все, даже ресницы.
– Я не терплю, когда меня обманывают и делают из меня дурака.
