1
0
Подозреваю, он уже вообще не соображал.
На блестящего Аристарха ставили почти все знатные и уважаемые фамилии Фиолента.
В том числе и Кастро.
Больше всех Кастро."
"Никто не сомневался, принц займет престол, воссядет, воцарится и осыплет благами всех, кто оказал ему помощь в борьбе с недостойным бастардом.
Каково же было всеобщее изумление, когда, мощно поддержанный средним дворянством, Тибальд очень быстро собрал под свои знамена вполне приличное войско и одержал над Аристархом верх в битве под Беларом.
После чего во славе и величии въехал в столицу и короновался на царствование.
Плебейского происхождения Тибальд, у которого мать была служанкой, и который, в отличие от Аристарха, не имел воплощения и обожал простолюдинов.
Тибальд, который истово поклонялся крестьянской богине Соломке — чучелу, обряженному в женскую одежду.
Сложно было придумать для Фиоленты более странного правителя.
Но пути богов порой неисповедимы.
Аристарха и всех его приспешников показательно казнили на площади. Повесили.
И высшее дворянство затаилось, опасаясь, что полетят головы.
Тибальд не мог вырезать весь высший свет королевства.
И хитрые Кастро поспешили высказать лояльность новому королю, удочерив дочь посудомойки, вытащенную из жалкого приюта на самой окраине Фиолента.
Они удочерили Бьянку, точно такую же, как сам Тибальд — дефективную, грязного происхождения, без магического воплощения, манер, аристократизма, талантов…
Новый король оценил этот жест как признание родом Кастро своей ошибки, и не стал преследовать их, как подверг санкциям многие другие знатные семьи, поддержавшие его соперника Аристарха.
Я покачал головой.
Упаси меня боги хоть когда-либо в своей жизни полезть в политику.
Это мерзкое, бурливое, грязно-пенное море, из которого просто невозможно выбраться чистым. Я, конечно, следил за новостями, но лишь по мере необходимости, не углубляясь в перипетии дворцовых интриг, как мой отчим.
— Понятно, почему Кастро удочерили Бьянку. Но какого-растакого они отдали ее в мою академию?
— Они не отдали, офицер Рэтборн. Она сама пришла по квоте, которую выделил король таким же, как она. Бьянка захотела стать, как ее брат с сестрой…
Изящно изогнувшись, Розамунда налила в чашку ароматный, горячий, крепкий чай.
Как раз такой, какой я любил.
А она услужливая. И вкусно готовит — недавно подавала блинчики с сиропом, которые сама испекла. Для аристократки умение готовить весьма экзотично.
— Таким же… Без воплощения?
— Именно, офицер Рэтборн.
Я тихо выругался.
Разумеется, я слышал, что наш новый король очень любит простолюдинов. Сирых, убогих, обделенных, притесняемых высокомерными аристократами.
