1
0
Демонокотик легонько замурчал, его охватило красноватое сияние…
И вдруг он взволнованно мяукнул:
— Королева! Госпожа!
— Нашел?
— Нет! Нет! Королева, он нас призывает! Прямо сейчас!
— Только не сейчас! — взвыла я. — Почему сейчас?
Я вытащила из кармана карту, на которой был изображен джокер — на всякий случай я носила ее с собой.
И нарисованное изображение заговорило голосом картежника:
— Пришла пора, королева. Твои демоны должны выполнить мою службу!
— Дай отсрочку! Ты себе даже не представляешь, как ты не вовремя!
— Нет. Они нужны мне прямо сейчас.
Карта на моей ладони вспыхнула, и в тот же миг мои маленькие пушистые помощники один за одним с громким хлопком исчезли в воздухе.
— Часы здесь были, но сейчас их тут нет! Они в… — крикнул Рубин, но не успел договорить и тоже испарился.
С того самого момента, как я заключила сделку с этим мерзким мужичком, я знала, что этот день настанет. Но не думала, что, когда исчезнут мои котикодемоны, испытаю почти физическую боль и пустоту.
— Не спрашивай! — буркнула я в ответ на красноречивый взгляд Лианса.
— Ты — полностью криминальный элемент, — сказал он, и я так и не поняла, что было в его голосе — восхищение или отвращение.
— Если часов тут нет, значит, надо убираться отсюда.
— Погоди. Готов поспорить, за этой стенкой что-то интересное.
Мы подошли к большой стене, на которой висел огромнейший портрет Когмана в парадном полицейском мундире.
— Не думала, что у него столько наград.
— А я не думал, что наместник имеет право носить форму коннетабля. Ведь им был я.
Портрет мы сняли, но ничего за ним не нашли.
"Но Линас, как заправский взломщик, сотворил какое-то мудреное заклинание и часть стены отъехала вниз.
Правда, не та, куда мы смотрели, а камин.
Вниз уехал камин, открывая проход в какую-то комнату.
Мы переглянулись и осторожно двинулись вперед, держа наготове пистолеты, как настоящие напарники из какого-то крутого американского боевика.
Не знаю, как Лианс, а я ожидала здесь всего, чего угодно, но только не…
Только не огромного помпезного зала, в котором при нашем появлении вспыхнули яркие хрустальные люстры.
Этот свет отражался в десятках полированных зеркал, со сложными, насыщенными мелкими деталями золотыми рамками.
Тут тоже стояла кровать, но она и близко не была похожа на кровать в спальне Когмана. Это было устрашающих размеров нечто, украшенное массивными резными стойками и бархатными подушками.
Помимо этого чудо-комната была буквально заставлена различными предметами искусства, статуями и увешана явно дорогими картинами, которые совсем не походили на ту безвкусицу, которая находилась у Когмана в спальне.
