1
0
— То есть, что он просто в меня влюбился, ты не допускаешь?
— Такие люди не влюбляются, Дарина. Ими движет холодный расчет. Знаешь, что еще я прочитал в записях отца? Нет времени более яркого, чистого и желанного, чем время молодой, красивой, влюбленной и счастливой девушки. Невесты. Счастливой новобрачной, Дарина.
Мне тут же вспомнились слова жениха о том, что мы поедем в долгое свадебное путешествие, а потом целый месяц проведем на Флатте.
На необитаемом острове.
Вдали от цивилизации, да…
Часовщик целенаправленно хотел похитить МОЕ время.
Он хотел украсть мою жизнь!
— Где мои демоны? — прорычала я.
— Тихо-тихо.
Лианс сжал меня в объятиях, удерживая, но с трудом.
— Нельзя действовать сгоряча, мы можем проколоться и раскрыть твое истинное воплощение. Хочешь вместо меня в Твердыню забвения? Там, знаешь ли, не сахар. Я уже не полиционер ковена, а частное лицо. И это, между прочим, настоящий заговор, в котором замешаны первые лица королевства, возможно, вплоть до самого прошлого короля. Мы должны быть осторожны, Дарина.
— Найдем и в глотку ему запихаем!
— Что ж, такой подход к твоему жениху мне по душе, — хохотнул Лианс.
* * *Рядом с живой изгородью, которая увивала высокий забор вокруг особняка наместника севера Когмана, в темный предрассветный час собралась очень странная компания.
Невзирая на проливной дождь, который хлыстал, как из ведра, здесь собралось пятеро. Я, Лианс и три моих демонокотика.
Все пятеро, включая котов, были в дождевиках с низко надвинутыми капюшонами.
Впрочем, Рубику, Изику и Фире было не до дождя.
Они развернули прямо на изгороди большущую и запутаннейшую пентаграмму, которая светилась ярко-красным светом.
Фиря удерживал ее, а Рубик с Изей тыкали лапками в разные элементы, отчего вид пентаграммы все время менялся."
"— И это они любую защиту на любом доме могут так взломать? — с искренним удивлением поинтересовался Лианс. — Ты со своими демонами — просто наказание для Полицейского Ковена!
— Не любую, герцог Рэтборн. Но кое-что можем! — с гордостью заявил Рубин, не оборачиваясь.
В этот момент пентаграмма загудела, как генератор и ее цвет сменился на зеленый.
— Сильно! — восхитился Лианс.
— Путь открыт, господа, — поклонился Сапфир.
И мы внедрились на вражескую территорию.
С пентаграммой на самом доме котикам пришлось повозиться подольше, но в конечном счете эту охранку они тоже сломали.
Погруженный в темноту дом Когмана казался особняком из фильмов ужасов, в котором притаились жуткие монстры и злобные чудища, почище Красного Карлика.
