Пропавшее Рождество

— Фрау Даша, вы идете?

— Что? — Она с трудом отвела взгляд. — Не знаю, думаю, может, еще немного погулять?

Мюльке решительно передернула плечами.

— Ну уж нет! Вы как хотите, а я хочу погреться у огня и что-нибудь выпить из рук нашего божественного фавна.

Даша рассмеялась.

— Это вы о Жан-Жаке?

— Да. Если бы вы видели его тело! — Мюльке мечтательно прикрыла глаза. — Это не тело — это музыка, обретшая плоть.

Пикше стыдливо заводила глазки, мелко хихикая.

— Катарина, ты слишком много времени и денег тратишь на мужчин.

Мюльке подняла глаза к небу.

— Надеюсь, мой покойный муж тебя слышал.

ГЛАВА 6

1

В холле гостиницы было непривычно тихо, большинство гостей еще катались на лыжах, менее спортивные уже обедали. Вспомнив, что позавтракать ей так и не удалось, Даша скинула куртку.

— Жан-Жак, вы не против, если я оставлю свои вещи здесь? Боюсь, если я поднимусь в номер, то меня опять кто-нибудь перехватит, и я останусь уже без обеда.

Бармен растерянно посмотрел в сторону ресторана.

— Как, а разве у вас не назначена встреча? Инспектор просил передать, что как только вы появитесь.

..

Даша охнула и хлопнула себя по лбу. Она действительно совершенно забыла о художнике, дожидавшемся ее в ресторане.

— Спасибо, что напомнили! Если он будет меня спрашивать, скажите, что я быстро переоденусь и спущусь.

— Он? — удивленно переспросил бармен.

Но Даша уже бежала по лестнице.

2

Вспомнив, что ей предстоит обед в обществе француза, да еще художника, человека тонко чувствующего, Даша постаралась привести себя в надлежащий вид. Перемерив с десяток нарядов, она остановилась на широких светлых брюках и бледнобирюзовом свитере.

Переодевание заняло немало времени, но результат того стоил. Она уже не выглядела простуженной неврастеничкой, как накануне вечером, когда к ней нагрянула полиция. Сейчас она была в меру бледна, в меру элегантна и вполне готова к новым приятным знакомствам. Да, рождественский ужин она пропустила, но кто знает, не компенсирует ли его романтический обед? Послав воздушный поцелуй собственному отражению, Даша выпорхнула из номера и поспешила в ресторан, где ее уже минут двадцать дожидался полицейский художник.

Все столики были заняты парочками или более многочисленными компаниями, и только за единственным столом, возле самого входа, сидела одинокая молодая особа.

Ни в первом приближении, ни во втором, она не походила на мужчину. Длинные, темные волосы, высокие скулы, чуть тронутые загаром, и крупный рот делали девушку почти красавицей, картину немного портили густые брови и слишком серьезное, почти сердитое выражение лица, смягчить которое не в силах был даже ярко-оранжевый шарфик, небрежно обернутый вокруг длинной изящной шеи.