Пропавшее Рождество

— Вы же знаете, что я постоянно падаю и без всяких лыж. Так какая разница?

— Ну, в общем-то... — тем не менее, взгляд у бармена был все же обеспокоенный. — Вы одна собираетесь кататься?

— Нет, что вы... Месье Полетаев согласился меня поучить.

— Боже святый, так вы, к тому же, не умеете кататься?! — вскричал Жан-Жак, едва не уронив шейкер.

— Какое это имеет значение... — уныло повторила Даша.

— Дорогая, ты уже здесь! — послышался от лифта бодрый голос."

"Вся горнолыжная сборная Франции не произвела бы такого впечатления на отдыхающих. Некоторые даже приподнялись, чтобы лучше его разглядеть.

— Прямо с чемпионата мира? — Даше наконец удалось попасть всеми пальцами куда надо. — Не жалко в таком виде на улицу-то? Не дай бог, испачкаешься.

— Ничего страшного, — Полетаев принялся щелкать клипсами на ботинках, в которых только разве что в космос летать. — Он уже старый...

— Месье Полетаев, — обратился к нему бармен. — Вы знаете, что мадемуазель больше, нельзя падать? Пообещайте, что будете заботиться о ней.

— Она в надежных руках. Не переживайте, мы ненадолго.

5

На гору они поднимались молча. Даша болтала ногами и рассматривала окрестности с высоты подъемника.

— Ты действительно хочешь кататься? — спросила она с опаской поглядывая вниз.

— Я действительно хочу тебя придушить! — сквозь зубы прошипел полковник. — Ты в своем уме? Ты что, не понимаешь, что в этом отеле небезопасно молчать, не то что говорить?

Даша коротко кивнула и воткнула палки в снег.

— Так, значит, кататься не будем.

— Кататься будем, но сначала нам надо поговорить.

— Опять? — Даша угрюмо скосила глаз. — Самое время и место-

Полетаев продолжал пениться.

— Я знаю, что не место! Ибо нет на земле такого места, где с тобой можно говорить о деле.

— Речь идет о твоем деле?

— Речь идет о моей жизни, о твоей жизни и еще нескольких десятков людей, но они, разумеется, не в счет.

— Так, — Даша выпрямилась и постаралась придать голосу и взгляду твердость. — Рассказывай коротко и ясно. Предупреждаю сразу: вряд ли я тебе поверю и, скорее всего, после нашего разговора прямиком отправлюсь в жандармерию.

Полетаев с кривой ухмылкой качал головой.

— На тот свет ты отправишься, на тот свет...

— Итак?.. — она продела руки в петли лыжных палок и перещелкнула ботинки с ходьбы на катание, показывая, что еще одно неверное слово и дослушивать полковника будут разве что облака.

Полетаев действительно всматривался в небо. Видимо с облаками ему общаться было куда как проще.

— За последний год умерли несколько довольно известных европейских политиков, — нехотя выдавил он.