1
0— Все, диспут окончен, продолжайте развлекаться.
Шумно переговариваясь, мужчины потянулись к бару. Не стоило труда догадаться о темах этих разговоров.
2
Стоя в дверях как часовой, Даша зорко следила за тем, чтобы все до единой женщины собрались в зале ресторана. Последней прошла эффектная крепкозадая мулатка.
— Все! — прошептала Даша и поспешила плотно прикрыть двери. — Ну, инспектор, главное не подведите.
Словно прочитав ее мысли, инспектор и художница вскинули видеокамеры.
Выйдя на середину зала, Даша похлопала в ладоши и громко поприветствовала присутствующих:
— Добрый вечер, милые дамы.
Потом сделала паузу и добавила на русском языке:
— Первое, что хочу вам сказать: вы все мерзкие толстожопые кошелки. Желаю вам побыстрее окочуриться.
Послышался грохот. Даша, словно беркут, крутанулась по направлению звука. Возле стойки стоял полковник Полетаев с вытянутыми пустыми руками. Тарелка и бокал валялись на полу.
— И вам того же... — медленно произнес он. Затем помолчал и добавил: — Очень эротично. Я так понимаю, это курс введения в современный русский язык?
Даша прикрыла глаза.
А полковник тем временем постепенно приходил в себя.
— Дарья Николаевна, у меня к вам только один вопрос: что, вся новогодняя программа выдержана в таком духе? Если да, то я лучше поищу себе другое место для праздника. Дух московской подворотни меня не шибко привлекает.
Эксперимент провалился, даже не начавшись, и оставалась только слабая надежда, что инспектор и его помощница успели заснять лица всех присутствующих женщин.
— Сергей Павлович, выйдите и не мешайте работать, — сурово произнесла Даша.
— Я не знаю, что вы называете работой, — с достоинством ответил полковник, — а главное, чему собираетесь обучать этих милых интеллигентных дам, но, пожалуй, все же сие собрание покину. Не хватало еще как-то быть связанным со всем этим безобразием.
Сделав полупоклон в сторону ничего не понимающих женщин, полковник с достоинством удалился. Даша вздохнула и вымучила улыбку.
— Ну что ж, пожалуй, начнем.
3
В сотый раз прокручивая пленку, она всматривалась в малейшие движения лиц сидящих — ничего. Только доброжелательная заинтересованность, только желание понять произносимую фразу.
— Ну что? — поинтересовался инспектор, хотя и он без труда понял, что эксперимент не удался.
— Нет. — Даша вздохнула. — Либо никто не понял, что я сказала, либо у этой дамочки железные нервы.
— Может быть, фраза была недостаточно грубой?
— Как вам сказать...
