4
0
Когда Демон оторвался от её губ, Кира не могла поверить, что на этом – всё. Одна её часть яростно противилась такому раскладу, жаждала продолжения, другая, более рациональная, вздохнула с облегчением.
Но Кира ошиблась.
Глаза Демона находились напротив её глаз, ему пришлось согнуться, заглянуть ей в лицо, чтобы она могла видеть ту бушующую стихию, которая плескалась на их дне и пробирала Киру до первобытной дрожи. Его глаза завораживали, притягивали, забирали её внимание. Да что внимание! Они пленяли её, полностью лишая воли к мало-мальскому сопротивлению.
– Поехали ко мне.
Три слова, взорвавшие сознание Киры.
Кира всё же извернулась и уперла руки в грудь наглеца. И тут же едва справилась с собой, чтобы не сорваться, не застонать вслух. Как же приятно было его касаться! Невероятно… И эти волоски на груди – её личный фетиш, её соблазн, искушение. Грудь мужчины была влажной после боя, несмотря на то, что он обтерся полотенцем, прошло слишком мало времени. Сколько? Около пяти минут, в которые входило ее бегство… А он догонял её…
– Поехали, кроха, – повторил он. Его губы искривились, словно он испытывал физическую боль, но старался сохранить лицо и изображал усмешку.
Глава 8
Она была в его руках.
Кирааа…"
"Он держал её, одновременно сжимая и боясь сделать лишнее движение, чтобы не повредить, не сломать. Несмотря на внешний вид женщины-вамп, она была невероятно хрупкой и маленькой. От ее невысокого роста у Демида сносило крышу. Он дышал через раз, воздух распирал грудную клетку, клубился внутри, заворачиваясь в смерч. Легкие наполнялись огневыми парами, добавляя жара и в без того пылающее тело. Демид не узнавал себя. Да, понятное дело – бой, адреналин и злость зашкаливали, ему этого и требовалось. Но что сейчас с ним?.. Откуда звон в ушах? Виски стучат, каждая вена во всем теле напряжена до предела, того и гляди порвутся к чертям собачьим.
Он вдыхал запах своей Аристократочки – запах океана и свежесрезанной розы и не мог надышаться. Он приникал в каждую пору, в каждую клеточку, наполняя его жизнь другим смыслом.
И одновременно с этим в Демиде продолжала бесноваться темная сторона, которая требовала, не медля ни секунды, показать зарвавшейся сучке, где её место.
Под ним.
С широко разведенными в сторону ногами.
Демид поведал достаточно женщин, чтобы научиться считывать многое с их лиц и жестов. Давно известно, что женщина говорит одно, думает и желает совсем другое.
Так и тут.
Кира старалась держаться. Тщательно подбирала слова в диалоге с ним, словно опасалась, что скажет не то, позволит себя лишнего.
И не зря она убегала. А как напряглась, когда он спросил про сон.
– Я согласна.
Демид не сразу осознал, что услышал.
