13
0
Сохранять мрачный вид у Санаду получается с огромным трудом, потому что мысли то и дело возвращаются к Клео, и тогда его лицо озаряет улыбка.
***
Только на следующий день, после долгого самовнушения, мне удаётся поглядывать на Санаду без яростного полыхания щёк и внимательно слушать то, что он внушает менталистам.
«Уф, пронесло!» – радостно думаю я: после маленькой победы над собой будущее видится радостно-розовым – приятно осознавать, что я не выгляжу влюблённой дурочкой.
Но радостно-розовое оно до тех пор, пока не прилетает письмо Танарэса.
Совершенно свободно, прямо после обеда, на виду у демонов – Валарион, к счастью, сейчас с Никой. И если Раштар и Бриш не находят в этом ничего удивительного, то Фидис на самолётик в моих руках смотрит слишком подозрительно.
Безмятежно улыбнувшись в ответ на его цепкий взгляд, засовываю послание в кармашек за поясом и вместе с парнями направляюсь к основному корпусу на лекцию.
Но письмо, пусть теперь и просто бумажка, словно жжёт через ткань. Оттягивает пояс. Мешает. И кажется, шуршит при каждом движении, хотя это не так. Это просто нервы: от встречи с Танарэсом хорошего не жду. Но и не пойти не могу."
"Нервирует даже то, что он знает, когда у меня заканчиваются лекции, хотя эта информация не секретная.
И вообще всё время до встречи с Танарэсом меня кидает между двумя противоречивыми желаниями: чтобы никто о нашем общении не догадался, и чтобы Санаду избавил меня от вызова на ковёр к непонятному боссу.
Только вот Санаду как ушёл после менталистики, так его и не видать. И когда звонок возвещает о завершении лекции по основам магии – последней в нашем с демонами расписании, приходится направиться к воротам на полигон.
Туда я бреду, всем видом призывая «Ну, остановите меня кто-нибудь!»
На полпути до выхода показательное страдание надоедает, я поудобнее перехватываю сумку с письменными принадлежностями и решительно шагаю дальше.
С деловым видом киваю охранникам.
Стремительно выхожу на полигон и направляюсь к сидящему на среднем ряду Танарэсу.
Прохладный ветер колышет его волосы. В целом зябко, но я не позволяю себе обхватывать себя руками и демонстрировать иные проявления слабости. Наоборот, прибавляю шаг.
Мои туфли громко стучат сначала по ступеням трибуны, потом по настилу прохода.
– Прошу вас впредь обходиться без несанкционированных хватаний! – предупреждаю я на ходу и плюхаюсь рядом с Танарэсом, заглядываю ему в лицо. – Мы так не договаривались.
Ветер взъерошивает и мои волосы, прядь закрывает обзор, но я не успеваю её отдёрнуть: это делает Танарэс. Заправляет её за ухо прежде, чем я успеваю возмутиться.
