13
0А вторая акробатка уже открывает цветную, сверкающую палетками полу шатра, пропуская Санаду в разноцветное, немного душное пространство циркового шатра.
Туда, куда он не собирался больше заходить, чтобы не бередить воспоминания.
Словно в полузабытьи, Санаду поднимается по скрипучей лестнице на возвышение для задних сидений и падает на ближайшее.
На сцене клоуны гоняются друг за другом и поливают водой из брызгалок. Смеются дети. Цветными бабочками летают под куполом. Там готовятся к представлению акробаты и канатоходцы, а из-за цветастых кулис выглядывает ярко накрашенная женщина.
Клоуны разогревают зрителей к выступлению под куполом: барабанная дробь, вспышки цветных направленных лучей, блеск гибких тел в головокружительных прыжках и полётах, едва уловимые стальные вспышки страховочных нитей, грохот аплодисментов, пьянящий восторг зрителей. И самый восхитительный момент – трюки без страховки.
Затем – выступление дрессированных животных.
Снова клоуны, отвлекающие внимание от уборки реквизита.
Фокусники.
Прощание.
Затем снова клоуны, акробаты, дрессировщики, клоуны, фокусники, прощание.
И вновь цикл повторяется."
"За столетия это искусство практически не изменилось: те же образы, те же традиции, те же ощущения. Санаду кажется, что он узнаёт разукрашенных для выступления артистов, хотя это невозможно – они совсем чужие, это другая цирковая семья.
И всё же это до разрыва сердце похоже на…
От наплыва эмоций зрителей и циркачей у Санаду кружится голова. Он… словно пьян, он очарован, он здесь и не здесь. И больше всё же не здесь: он в мире бродячего цирка, в воспоминаниях.
Там, где под яростную барабанную дробь без страховочных нитей и натянутой внизу сетки взмывал под куполом, пьяный от ужаса и восхищения зрителей, в предвкушении бурных оваций.
Что-то вырывает Санаду из сладостного момента. Что-то вынуждает его ощутить себя не парящим в воздухе центром всеобщего заворожённого внимания, а сидящим на потёртом сидении простым незаметным зрителем. С дрожащими руками. С бешено стучащим сердцем. С пеленой перед глазами.
Главой вампирского кантона.
И не сразу затуманенное сознание понимает, что отвлёк Санаду звонкий смех.
Знакомый смех.
Моргнув несколько раз, он поворачивает голову: по проходу, улыбаясь и сверкая рыжими кудряшками в россыпи блестяшек, идёт Клео.
Она улыбается Фидису.
Рядом трутся и два других демона-студента.
И Ника под ручку с Валарионом.
Вся команда рыжих, в том числе крашеный.
Фидис галантно поддерживает свернувшую к сидениям Клео. Именно прикосновение его пальцев к локтю Клео окончательно выбивает Санаду из оцепенения.
Он вдруг понимает, что зол.
Глава 11
Честно говоря, я до последнего сомневалась, стоит ли принимать предложение Ники прогуляться с ней и ребятами.
