13
0
– Тан, пожалуйста, – ласково просит Изрель. – Если Мара появится, мы её поймаем и подарим тебе. Пойдём.
Танарэс мотает головой:
– Вы уже обещали мне Мару, но она до сих пор на свободе.
– Теперь за ней не стоят Неспящие, если она вернётся, мы…
– Я сам её перехвачу. Как только она появится, я её достану!
– А если она вернётся через десять лет? Или никогда не вернётся?
– Я буду ждать здесь столько, сколько потребуется, – упрямо повторяет Танарэс. – И если понадобиться – пойду за ней.
– Твой кантон нуждается в тебе, – взывает к его благоразумию Изрель.
В который раз взывает. А сама мысленно ругается: ещё один упрямец на её голову!
Танарэс и ухом не ведёт, не сводит взгляда с Линарэна и демонессы, обсуждающих остаточный след от пробития канала между вселенными и нестабильность пространства после недавней битвы за Эёран. И пусть говорят они негромко, Танарэс выхватывает из их разговора самое для него главное: след ещё активен, но существует вероятность, что после его окончательного исчезновения путь в другую вселенную открыть не получится.
Значит, Мара может остаться там навсегда.
Избежать возмездия.
Изрель эту информацию тоже улавливает, поворачивается к склонившимся над расчётами учёным.
– Я никуда отсюда не уйду, – твёрдо произносит Танарэс.
Вздохнув, Изрель подавляет желание прижаться лбом к прутьям решётки и сказать что-нибудь резкое.
– Ладно, оставайся здесь, если тебе так хочется. Только если эти… исследователи, – особенно язвительно произносит она, указывая на Линарэна и его спутницу, – предложат тебе для эксперимента заглянуть в другую вселенную, пожалуйста, не делай этого. Такие риски твоя сестра бы не одобрила.
Танарэс вскидывает голову и зло смотрит в глаза Изрель. Она же мягко продолжает:
– Я распоряжусь принести тебе диван и в целом организовать уют. Не стоит главе кантона при посторонних в камере сидеть.
– Мне ничего не нужно, – цедит Танарэс.
«Мозгов тебе побольше нужно. Или умение вовремя останавливаться, – исключительно про себя огрызается Изрель. – Мститель!»
Но внешне она спокойна. Кивает Танарэсу и выходит из камеры, оглядывает суетящихся учёных. И пытается решить, что же делать в сложившейся непростой ситуации, когда они могут лишиться ещё одного главы кантона, и в этот раз – потомственного.
***"
"Мы – я, Санаду, Мара и Марк Аврелий – сидим кружком, а на мховой подстилке в центре этого круга поблёскивает камешек.
Оставивший его нам Антоний пусть нехотя, но признал, что прелесть сюрприза в том, что о нём не знаешь, и, наконец, оставил нас одних.
Но находящихся вокруг шпионов его уход не отменяет, а этот волшебный камешек…
– Я не буду брать его в рот! – решительно отказывается Мара.
