13
0Не станет нарушать закон, нападая на труппу. Я посчитал его слова пустой угрозой, недооценил его.
Я словно заново оглядываю поле и тихо предполагаю:
– И он их убил.
– Да. Причём так… походя, знаешь, – Санаду поворачивается ко мне, и в его взгляде не столько боль, сколько горечь. – Он даже не стал меня больше предупреждать, просто когда я отказался читать его книгу и слушаться, посмотрел на меня с этаким разочарованием и вышел. А через несколько часов вернулся и велел ехать с ним. Я так долго не покидал замка, что сразу согласился. Мне хотелось увидеть дорогу. Подышать свежим воздухом. А он привёл меня сюда, – Санаду указывает на место бойни. – Моя труппа не покидала Новый Дрэнт. Все месяцы моего плена они колесили поблизости. А он их просто убил. Даже новорождённых. Сказал, что раз они меня отвлекают, раз надежда вернуться к ним делает меня несговорчивым, то им не место в этом мире."
"Жестоко. Но вместо слов утешения я обнимаю Санаду за плечи и склоняю к нему голову.
– И после этого он посадил меня на поводок крови, чтобы я больше не брыкался.
Уткнувшись лбом в плечо Санаду, крепко его обнимаю.
– Главное, ты освободился! – искренне уверяю я, потому что, на мой взгляд, это действительно самый важный итог.
В ответ – молчание. Санаду напряжён, и… кажется, ему надо выговориться.
– Что было после того, как тебя посадили на поводок?
Иногда важно просто рассказать, сбросить тяжесть с души простыми словами.
– О, я служил, развлекал, слушался. Ненавидел, боялся, мечтал сбежать.
– Это естественно, у тебя не было другого выбора.
– Он уничтожил всех моих близких, а я годами помогал ему выживать и усиливать влияние, – горько признаётся Санаду. – Всё, что меня беспокоило – собственное выживание. И спасла меня почти случайность. Сенешаля Изрель убили, и не в неделю Нергала на дуэли, а в середине года тайком прирезали. К тому времени я жил легально и обладал определённой известностью. Обративший меня вампир официально входил в партию Изрель, она попросила его одолжить меня для расследования.
А ведь Санаду избегает называть имя своего бывшего хозяина.
– Довольно ироничная ситуация получилась: именно мой так называемый хозяин участвовал в устранении сенешаля. С поиском убийцы я не помог: действовали профессионально, с расчётом на помощь менталистов в расследовании, а поводок не позволял болтать лишнее. Тогда, во время расследования, Изрель не делала мне предложений, не спрашивала о службе, но подробно расспросила о моём человеческом прошлом. Вытащила едва ли не всю подноготную, после чего вернула меня обратно. Так что под сильнейшим давлением поводка я только и мог сказать, что Изрель не делала даже завуалированных попыток меня подкупить. Своё предложение она сделала позже.
