13
0
– Есть кто дома? – спрашиваю, словно герой классического ужастика.
– И-й-а! – доносится со второго этажа глухой рёв.
И шлёпанье лап с цокотом когтей.
А через пару мгновений на втором этаже рыжей горой возникает Антоний с Марком Аврелием на лапе.
– Вы тут одни? – спрашиваю я.
Антоний, подумав, кивает.
– Это ты эльфа напугал? – уточняю я.
Фыркнув, Антоний разворачивается и, гордо вздёрнув хвост, шлёпает прочь.
И что это значило? Да? Нет? Не знаю?
Что такого увидел почтовый эльф?
Впрочем, это можно будет обсудить, когда Антоний лучше освоит язык."
"Подняв роскошный букет, отправляюсь искать вазу. Надо ещё в порядок себя привести. А в животе зарождается трепет: скоро должен прийти Санаду. Надеюсь, у него получится.
Мысли все только о нём, и трепет усиливается, даже в кончиках пальцев ощущается лёгкая дрожь, а сердце ускоряет свой бег. Я соскучилась. Я жду его.
И ещё хочу расспросить о связи крови. Тогда ночью я совсем не думала об этом – слишком уж непривычный элемент мира. Но теперь – теперь я хочу знать, что и как.
***
Санаду может сколько угодно язвить, насмехаться над архивампирами и до посинения изображать, что ему заточение пережить – раз плюнуть. Но для него, выросшего с бродячим цирком, такое ограничение свободы – самое страшное.
Ну, было самым страшным, пока беспокойство о Клео не появилась.
Проблема в том, что остальные архивампиры нелюбовь к долгому пребыванию в замкнутых пространствах по фактам его биографии прекрасно просчитали, а его подчёркнутое пренебрежение к наказанию их не обманывает. Правители как никак, их так просто не проведёшь.
И тем радостнее понимающему всё это Санаду вырваться из-под их контроля. Тем сладостнее предвкушение встречи с Клео! Сквозь узкий лаз он проскальзывает на рекордной скорости. Даже не отряхивается – сразу телепортируется в их особняк на территории Академии.
И пусть Эзалон точно узнает о его визите и может удивиться, ведь Санаду письмом предупредил его о невозможности покинуть кантоны, Санаду сейчас плевать на всё: Клео рядом.
Тих особняк в ночи, едва теплятся светильники.
Клео, что странно, на кухне, и Санаду, почти дрожа от нетерпения, направляется туда – на тёплый свет, на аромат кофе, на ощущение, что его ждут и рады видеть.
Да, ментально Санаду не может почувствовать ожидание и предвкушение Клео из-за абсолютного щита, но он знает это кровью. Она даёт ему понимание Клео, которого так остро не хватало всё это время.
Она лучезарно улыбается ему и указывает на стоящую на столе чашку кофе. Удивительно: напиток под заклинанием стазиса. Простое бытовое заклятие, но ведь Клео их ещё не учила.
Впрочем, все эти мысли пролетают мигом. Санаду и не заметил бы чашки – так велико его желание подскочить к Клео и обнять.
