13
0В темноте ощущения особенно остры – кофейно-можжевеловый запах кожи Санаду, щекотные касания его волос, лихорадочная дрожь пальцев, когда он освобождает меня от сорочки, чтобы слиться воедино, вместе гореть.
И обжигающий укол – когда его клык пробивает губу. Металлический вкус моей крови, жадные толчки, наполняющие меня предвкушающим трепетом. Скольжение на грани наслаждения. И слепое желание: Санаду пробовал мою кровь. Я впиваюсь в его губу, прокусываю – по нервам пробегает огонь, вышибая меня на высшую точку восторга. И поцелуи, поцелуи, поцелуи, в которых даже кровь кажется сладко-пряной, словно шоколад.
А уже потом, когда мы лежим в темноте, держась за руки и пытаясь отдышаться, шепчу:
– Зачем?
Санаду крепче сжимает наши переплетённые пальцы.
Голос его звучит хрипло:
– Хочу острее чувствовать тебя, пока я там.
– Где там?
– В Авандуме. Там, под землёй, тюрьма.
Я аж подпрыгиваю. Оказавшись в сидячем положении, щёлкаю пальцами, и в комнате вспыхивает свет.
– За что? – стонет прикрывающийся рукой Санаду.
– Тебя посадили в тюрьму? Не просто задержали во дворце, а посадили в тюрьму?
– Ну да, – Санаду мановением руки заставляет магические сферы сбавить свечение от яркого белого до тусклого красного. – Ты не переживай, я в цивильной части. То есть в апартаментах. Ни камер, ни цепей, комфорт по высшему разряду. Там привилегированных пленников держат.
В тусклом красноватом свете я разглядываю Санаду: выглядит почти виноватым.
– Что случилось? – тихо спрашиваю я.
– Меня подозревают в связях с Неспящими. Но доказательств нет, только домыслы и неудачные трактовки фактов. Решили придержать меня, чтобы я не вмешивался в расследование… Да ты не переживай, меня туда сажали, когда плохо себя вёл, ничего экстраординарного, честное слово!
– Так ты у меня рецидивист? – заламываю бровь.
Санаду разводит руками.
Качая головой, усмехаюсь: вот не зря мисс Глория говорила, что ему правила не писаны.
– Не переживай, – Санаду подхватывает мою ладонь и притягивает к губам, нежно целует. – Если что, я сбегу в Нарак и тебя туда вытащу. Не сам, но вытащу. И если вдруг здесь тебе опасно будет – беги в Нарак, я к тебе вырвусь.
Сказать бы «но ты же в тюрьме!» только Санаду сейчас лежит передо мной и никакое задержание в тюрьме этому не мешает.
Так что я лишь тяжко вздыхаю:
– С тобой не соскучишься!
– Разве это плохо? – Санаду с ухмылочкой притягивает меня к своей груди.
– Нет, – признаю я, укладываясь на него и прислушиваясь к частому стуку его сердца.
– Вот и отлично, – шепчет Санаду и поглаживает меня по спине. – У меня есть ещё пару часов.
Не так уж много. Я вдыхаю аромат его кожи, поглаживаю – и прижимаюсь крепче. Эти пару часов только мои!
Глава 35
Утро я встречаю в условном одиночестве: Санаду со мной нет.
