Пограничная река

Пробегая за спиной твари, он на ходу повёл секирой параллельно земле, на высоте около метра. И тут случилось нечто удивительное — чудовище исчезло. Мгновенно, будто кто-то щёлкнул выключателем голографического аппарата.

По земле покатился хит: секира арка снесла ему макушку — сморщенный карлик погиб мгновенно. Только тут Олег припомнил истории Млиша — тот рассказывал, что эти маленькие уродцы способны навевать иллюзии. Да и островитяне с этим сталкивались во время прошлогодней осады — тьма, навеянная врагами, надёжно скрывала их работы. Но вот так… создать видение чудовища… Просто невероятно… И ведь все поверили.

Оглядевшись, Олег понял, что бой подходит к концу. Кое-где ополченцы всё ещё рубили корчившиеся тела, но на ногах не осталось ни одного врага. Полная победа! Однако не бескровная: несколько человек было убито и ранено. Всё же раксы не те противники, с которыми можно без опаски вступать в рукопашную.

Оставив Михаила с парочкой легкораненых оказывать помощь пострадавшим, Олег повёл отряд к посёлку — надо попробовать помочь Кругову.

Хотя схватка прошла быстро, за это время многое успело измениться.

Хайты, потеряв своего рубщика, оставили эту часть посёлка в покое, перейдя на противоположную сторону. Там продолжал стучать топор, защитники почему-то не смогли повторить свой трюк, и враги не остановили разрушительную работу. Так что, когда партизаны выбрались из леса, оказалось, что перед ними никого нет, лишь возле стены лежали несколько тел, да желтели на бревнах следы проруба — других признаков штурма видно не было."

"Ополченцы, не таясь, поспешили в обход посёлка, вскоре выйдя на сторону, примыкавшую к озеру.

Только здесь они смогли понять, каким образом хайты врываются за стены, проделывая проломы с брёвнами, вывернутыми наружу. Бочкообразный рубщик проделал небольшое отверстие, при этом кто-то из защитников ранил его из арбалета — урод теперь выл, будто ошпаренный кот, пытаясь вытащить болт из плеча. Несколько раксов забросили в отверстие толстенный длинный лом с кольцом посередине, от него отходила массивная цепь, далее к её концу был привязан крепкий трос, плетённый из кожаных ремешков.

Полсотни раксов дружно вцепились в трос, начали тащить его враскачку.

Брёвна были подрублены и подкопаны, опасно шатались, склоняясь всё больше и больше. Защитники, понимая, что ещё минута — и враги ворвутся в брешь, показались над стеной, стреляя из чего только можно, в отчаянии не обращая внимания на дротики триллов.

Стрел у ополченцев почти не осталось, но всё же Олег решил не экономить последние крохи:

— Огонь! Не жалейте стрел!

Цепляя тетиву, он подумал, что перестрелка выйдет короткой: его колчан почти пуст — две бронебойные и одинокий срез.