Парижский вариант

"

"Кивнув, Лесо обернулся к официанту, чтобы заказать еще пару рюмок марка, потом отставил стул, поднялся и приятно улыбнулся рыбаку:

— Merci.И будьте осторожны.

Он расплатился и вышел. Сумерки уже сгустились в лазурную ночь. С переполненной народом набережной несло рыбой и вином. Лесо остановился на минуту, разглядывая лес мачт, слушая, как хлопают по дощатым бортам канаты. Древняя гавань кормила города один за другим с того дня, как греки основали здесь поселение за семь веков до рождения Христа. Лесо поозирался еще немного, изображая приезжего, потом торопливо двинулся прочь, мимо холма, где возвышалась над Марселем роскошная базилика Нотр-Дам-де-ла-Гард, хранительница современного города.

Добравшись до ничем не примечательного старого кирпичного дома в узком переулке, он поднялся на четвертый этаж, зашел в квартиру, а там шлепнулся на кровать, поднял телефонную трубку и набрал номер.

— Хауэлл.

— Как насчет вежливого «добрый вечер»? — проворчал Лесо. — Впрочем, беру свои слова обратно. Учитывая твою угрюмую натуру, я бы удовлетворился простым «привет».

На другом конце провода фыркнули.

— Где тебя черти носят, Карстен?

— По Марселю.

— И?

— И за несколько часов до того, как генерал Мур вернулся на Гибралтар, в море к юго-западу от Марселя видели «Де Голля». Я проверил, прежде чем говорить с рыбаком-свидетелем, — никаких учений НАТО или французского военного флота на это время назначено не было. Вообще на этой неделе не назначено. «Де Голль» двигался на юго-запад, к испанскому побережью. И — обрати внимание — погасив огни.

— С затемнением? Как интересно... Хорошо поработал, Карстен, спасибо.

— Мне это обошлось в двести американских.

— Скорее в сотню, но я тебе вышлю сто фунтов.

— Щедрость окупается, Питер.

— Если бы, если бы. А ты насторожи уши — я должен знать, что делал в море «Де Голль».

Глава 25

В Средиземном Море, у алжирского побережья

Не один час быстроходный катер прыгал по волнам. Джон Смит, запертый, точно зверь в клетке, убивал время, играя сам с собой, проверяя, с какой точностью и насколько подробно сумеет он вспомнить тот или иной эпизод прошлого. Краткие месяцы с Софией... работа охотника за вирусами во ВМИИЗ... давнишний случай в Восточном Берлине... и, конечно, гибельная ошибка в Сомали, когда он не сумел опознать вирус, убивший в конце концов жениха Рэнди, прекрасного офицера. Джон до сих пор чувствовал себя виноватым, хотя и понимал, что допустить подобную ошибку в диагностике мог любой врач.

Груз прошлого давил все сильнее, и, по мере того как тянулись часы и мотался по волнам катер, Джон все глубже задумывался, закончится ли когда-нибудь его путь. В конце концов его сморил тревожный сон.

Проснулся он оттого, что дверь в кладовую открылась.