Падение Рыжего Орка

За спиной слышался взволнованный голос матери и приглушенный бас отца.

Это и в самом деле был брат.

— Ну, как тут? — после привычного объятья и поцелуя в щеку.

— Допрашивают, — вздохнула Варя.

— Перед допросом хоть кормят?

— А в тюрьме сейчас макароны дают… — нараспев протянула Варя.

— ВАРЬКА! — и дальше шепотом. — Я и так сегодня весь день как на иголках.

— Извини, — Варя взяла брата за руку. — Это у меня нервное. Там такое, блин… кино. Пошли.

В столовой Ник получил свою порцию родительского внимания — поцелуй в лоб от матери, рукопожатие от отца. А потом еще и тарелку супа.

— Ну-с… — потер ладони Глеб Николаевич. — Продолжаем разговор. Кто такой этот Тихий, Варвара?

Варя уставилась в стол. Как не хочется об этом говорить. Но, наверное, отец имеет право знать — с учетом вчерашних событий. И произнесла, все так же глядя в стол.

— Он мой любовник.

— Варя!

— Что — Варя? — она подняла голову и с вызовом посмотрела на мать. — Мама, подскажи, как назвать человека, с которым состоишь в сексуальных отношениях? И только… в таких?

— Ладно, — пресек напряженность между своими женщинами Глеб Николаевич. — Откуда у него пуля в плече?

— Не знаю, — честно ответила Варя.

— Юморист! — фыркнул Глеб Николаевич. — А в морду он за что от Кольки получил?

Николай покосился на Варю. И принялся увлеченно есть суп.

— Спасибо, мам, очень вкусно.

— Ты посмотри, а? — Самойлов-старший подпер щеку кулаком. — Выросли, а все как в детстве — друг друга прикрывают. Варвара, отвечай, раз у брата рот занят.

— Мы с Тихоном поругались. Нет, даже не так. Мы расстались.

— Из-за чего?

Допрос. Натуральный допрос. Во второй раз не получается все сохранить в тайне.

— Какая разница? — Варя не заметила, как стала говорить громко. Выдохнула. — Характерами не сошлись.

— И за это нынче в рожу бьют?

— Мам, а можно мне белого хлеба? — снова пришел на помощь сестре Ник. И, как только мать ушла на кухню, сказал хмуро. — За дело он получил. Поверь, батя, за дело. Правда, я не думал, что выйдет… так.

— Так. Дело ясное, что дело темное. А вы, как обычно, друг друга покрываете. Мне-то теперь что с ним делать?

— Мне все равно, — негромко, но твердо ответила Варя. — Я с ним рассталась.

— Все равно ей, — проворчал Глеб Николаевич. Обернулся к подошедшей жене, поцеловал ее в локоток и прижался к руке щекой. — Вот посмотри на этих балбесов, Юленька. Выросли, такие взрослые. Одна любовников себе уже заводит, другой вон даже размножаться научился. А чуть что — бегом к папе. Папа, спасай! Папа, помогай! Папа спас и помог, а теперь еще и с «подарком» этим будет разбираться. У папы вопросов куча, а на них никто не отвечает.