Отражение

Точно, он же сын отвратительного Старостова.

– Я не думаю, что заинтересована в ваших комплиментах, Константин, – сухо сказала она.

– Вы наслушались сплетен, – С улыбкой тряхнул светлой головой Старостов младший. – Не верьте всему, что говорят, Анжелика. Рад был встретить в этом вертепе столь невинное создание, – парень поднялся, отвесил шутливый поклон и быстро удалился.

Через минуту вернулся Макс. Анжелика вздохнула с облегчением. Но потом взглянула на его лицо. Черт, опять чем-то недоволен. Он смотрел ей в лицо, о чем-то глубоко задумавшись. И девушка разволновалась еще больше.

– Нам пора, – сообщил Эванс, резко вставая. На этот раз он не подал руки, не отодвинул стул. Просто направился к выходу, сделав ей жест следовать за ним. Лика шла с тяжелым сердцем.

Почему с Максом Эвансом не существует ничего постоянного и стабильного?

В такси Макс продолжал упорно молчать. Лика доверчиво положила голову ему на плечо, но он не шелохнулся, даже не попытался обнять ее. Девушку обуревали противоречивые эмоции, безумно хотелось прояснить ситуацию, и только чувство самосохранения или здравый смысл заставил ее промолчать.

В номере между Эвансом и его подопечной, псевдосестрой, любовницей и кем там еще она ему приходилась мало, что изменилось. Макс отправился в душ, предварительно заказав ужин на двоих в номер, не соизволив спросить у Анжелики, согласна ли она с выбранным меню. Возможно, нет ничего плохого, когда мужчина решает за тебя все вопросы. Но какое-то подобие диалога должно наблюдаться.

Лика тяжело вздохнула, решив в очередной раз не изводить себя вопросами и предположениями. Девушка переоделась в простые домашние хлопковые брюки и футболку, расчесала волосы и забрала в пучок. Принесли ужин, но она не дотронулась до еды, хотя была зверски голодна. Хороша вечеринка! Есть нельзя, пить нельзя, разговаривать с незнакомцами опасно, повсюду извращенцы и маньяки. Это и есть элита? Макс сказал, что он не такой. Но откуда ей знать, на что способен избалованный Максимилиан Эванс? Его поведение невозможно предугадать и объяснить. И, Господи, ему удалось затянуть ее в свой безумный мир."

"Из ванной Эванс вышел совсем другим человеком. Теплая вода и гель смыли с него дурное настроение. Макс улыбался и выглядел чертовски сексуально в одном полотенце на бедрах. Она снова разомлела, как полная дура, глядя на потрясающее мужское тело. Его улыбка и голый торс творили с ней что-то невозможное, превращая в глупую влюбленную идиотку. Лика тяжело сглотнула, взгляд задержался на его губах.

– Твоя очередь, соседская девчонка, – он кивнул в стороны ванной комнаты, – Обещаю, что не дотронусь до ужина, подожду тебя.

Только под прохладными струями душа, Анжелика смогла расслабиться.