Пушистые чёрные ресницы, изящный излом бровей, аккуратный маленький нос, припухшие губы с крохотной ранкой на нижней, словно она их кусала. Почему?
Хмурюсь.
— Как ты себя чувствуешь? — подхожу к ней ближе, вплотную.
Равнодушно пожимает плечами:
— Нормально.
— Ничего не болит? — кладу ладонь в перчатке на её живот.
Софи резко вскидывает голову. Испытующе на меня смотрит. На мгновение мне даже кажется, что в её глазах мелькает злорадное торжество, смешанное с обидой. Но уже в следующую секунду она моргает и произносит спокойно:
— Всё хорошо, Роланд. С нашим ребёнком всё будет хорошо.
Отводит глаза, смотрит в сторону. Зверь внутри недовольно рычит. Что-то в этой фразе будто бы не то. Что? Морщусь и опять говорю себе, что это нервы.
— Разумеется, — нахожу её руку, отодвигаю край плаща, обнажая её запястье с меткой истинной.
Софи смотрит на меня недоумённо и испуганно. Не разрывая зрительного контакта, подношу её руку ко рту. Касаюсь губами её метки, очерчиваю кончиком языка самый её центр. Софи краснеет, молча наблюдает за мной.
Отрываюсь от её запястья, но руку не выпускаю."
"— Разумеется, ты будешь хорошо заботиться о МОЁМ ребёнке, дорогая.
Софи с шумом втягивает воздух. Не нравится? Потерпишь. Я ведь должен предупредить тебя, чтобы без глупостей.
— Целитель Сайрон навестит тебя через месяц, — продолжаю я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно и ровно. — Я рассчитываю, что он останется удовлетворён твоим состоянием. Кухарка получила указания насчёт рациона.
Молчит. Задумалась о чём-то, смотрит в сторону пустым взглядом. Поднимаю её подбородок, заставляя смотреть на меня.
— Софи? — повторяю требовательно.
— Да.
— Хорошо, — отпускаю её, делаю шаг назад.
Оглядываюсь. Похоже, всё готово. Возвращаюсь к экипажу, не глядя на жену, нажимаю на ручку, сам открываю дверцу.
— По плану у вас обед на постоялом дворе, и уже к вечеру вы будете в замке. Как только доберётесь, меня известят. Лёгкого пути.
Софи прячет глаза, смотрит в сторону. Протягиваю руку ладонью вверх, чтобы помочь ей забраться в карету.
Жена послушно вкладывает прохладные пальчики с аккуратными розовыми ноготками в мою руку, затянутую чёрной кожей, затем вдруг поворачивается ко мне и поднимает лицо.
Проклятье. Медовые глаза Софи полны слёз. В них нет больше золотистых искорок. Они потухли. Её нижняя губа дрожит.









