Орки тоже люди

Нас завтра поведут в подземелья и, если я ничего не придумаю, потребуют плату за вход в виде одного из команды. Так что голова мне понадобится трезвая, ясная и светлая.

Я упала на кровать, закрыв рукой глаза. Мне нужен отдых. День покоя и ничегонеделания. А лучше два. Неделю, наверное, мне никто не даст, но денек-другой-то можно? Я тут как бы практически судьбу мира решаю — положены же мне какие-то плюшки? Пресловутое молоко за вредность и то не дождешься…

В этот момент меня кто-то ощутимо куснул — я чуть не подпрыгнула на кровати от такой наглости и неожиданности. Это зум пришел и нахально теснил меня к краю: вот уж у кого границы личного пространства всегда нерушимы! Но кровать-то, на минуточку, моя! Я попробовала было отодвинуть наглую нечисть обратно, на что зум так на меня зыркнул и как бы невзначай зевнул, продемонстрировав острющие клыки, что мне оставалось только смириться и подвинуться. И это в самый разгар рефлексии! Весь настрой, поганец, сбил! Вернуться к прежнему меланхолическому настроению не удавалось — так я и уснула на самом краю. Разберусь со всем завтра.

Завтра (то есть сегодня) случилось внезапно и началось сумбурно. Нас подняли настойчивым стуком в дверь и попросили спуститься в обеденную, где предложили за пятнадцать минут позавтракать, потом за пять собраться и выдвигаться в подземелья. Примечательно, что никто не возражал и не роптал: всем было слишком интересно взглянуть на подземный город. Так что мы, стоя после экспресс-завтрака внизу, предвкушали. Наверное, именно из-за этого совершенно детское разочарование читалось на лице у каждого, когда гномы начали выполнять свое обещание про завязанные глаза. Варлан так вообще едва не расплакался, даже попробовал договориться с провожатыми, но с таким же успехом можно договариваться со статуями. То есть вообще безрезультатно.

Нам дали в руки веревку, держась за которую, мы пошли гуськом. Шли долго, пока нас не посадили и не повезли. Здесь и мне стало ужасно любопытно — я постаралась незаметно потянуться рукой к глазам под видом почесаться, чтобы немного отодвинуть повязку. Да только мою руку перехватили на подлете к лицу, ощутимо сжали и положили обратно на колено. Больше я «чесаться» не пробовала, так как перед захватом мне послышался лязг, как при выходе меча из ножен. Может, конечно, просто почудилось, но зачем рисковать? Мало ли какие у местных порядки — объясняй потом внезапный зуд и дерматит, когда останешься без руки! Но после этого начало по-настоящему чесаться во всех самых труднодоступных местах. Магия. Ею пропиталось всё: потолок, стены, полы. На поверхности магии от сильнейшего источника почти не ощущалось: горная порода служила отличной изоляцией. Здесь же начинало казаться, что магия заменяет кислород в воздухе.