4
0
– Вот еще, – вскакиваю со стула и бегу в прихожую.
По лестнице быстро поднимаюсь на мансарду и, усевшись в кресло, громко всхлипываю от обиды в полумраке. Вот всегда так! Все наши разговоры заканчиваются скандалами. Раньше, еще в детстве, все было нормально, но потом на профориентации выяснилось, что мне ближе точные науки. Это было началом конца.
– Ну и чего ты убежала? – спрашивает Антон, заглядывая с лестницы.
– Я тут посижу, – продолжая всхлипывать, рассматриваю в трапециевидном окне черное небо. – Вы там без меня дальше.
Развернувшись, облегченно вздыхаю, когда слышу, как он поднимается на мансарду и плотно закрывает дверь.
Это и неожиданно и одновременно так долгожданно.
Не знаю, что бы стала делать, будь он как мой бывший. Если бы Огнев, как и Саша обычно, продолжил бы ужинать, а потом играть в карты с моими родителями, оставив меня здесь плакать одну?..
Я… Черт возьми, я так рада, что не ошиблась на этот раз.
Потянув меня за руку, Антон садится на мое место. Устраиваюсь сверху без приглашения и кладу голову на твердое плечо. Теперь мы оба любуемся вечерними объемными тучами. Хорошо становится.
– И часто у вас так? – он спрашивает почти шепотом.
– Каждый раз…
– Где ты так нагрешила, Фюрер? Неужели руки перед едой не мыла?
– Я выбрала точные науки.
– Всего-то?
– Угу.
– Не представляю тебя без линейки в кармане… – усмехается он.
– Боже, прекрати мне об этом напоминать, извращенец!
Приподнявшись, медленно веду пальцами по рельефным плечам вниз, а затем приближаюсь и касаюсь лбом его лба. Антон, зафиксировав лицо ладонями, ласково целует мои дрожащие губы. Поцелуй тягуче-медленный, возбуждающий.
Я переживала из-за ссоры с мамой, а мой спасатель примчался сюда и решил меня успокоить. Сменить огонь разочарования на пламя страсти.
Теперь мне хочется тоже его успокоить и приласкать заодно. Вернее, их обоих. Приятный парень с набитым ключом во весь свой рост таранит мой живот.
– Что это ты делаешь, Фюрер? – хрипит Огнев немного запоздало. – А?
Я уже расправилась с ремнем и ширинкой и запустила руку в боксеры.
– Твою мать, Есь… Здесь? Ты плохая девчонка!.
Довольно улыбаюсь, извлекая наружу идеально твердый член и, поглядывая на дверь, начинаю водить по нему ладошкой снизу вверх и обратно. Антон прикрывает веки и дышит как паровоз.
– Будь потише, пожалуйста, – прошу его, еще сильнее сжимая эрекцию между нами. – Я просто тебя поглажу.
– Просто? Может… минет?
– Какой минет, Огнев? – оскорбляюсь. – Тут мои родители, вообще-то!
Он усмехается. Будто не видит разницы между петтингом и минетом. Но она есть… Я очень чувствительная в этом вопросе.
И деликатная.
