3
0"
"В укреплениях на другом берегу тоже ждали появления корабля. Форт располагал лучшим обзором реки, и его наблюдатели первыми увидели пароход. Тотчас был подан сигнал, извещавший о нем команду «Кембриджа», а через минуту и Джоду показал вдаль:
— Вон он!
Сквозь заросли акаций и бамбука Нил разглядел дымящую трубу.
Перед речной излучиной «Немезида» сбросила скорость. Она уже почти подошла на расстояние выстрела, и пушкари «Кембриджа» смогли хорошенько рассмотреть ее длинный черный корпус и два огромных колеса с лопастями. На палубе высился широкий настил с готовыми к запуску ракетами Конгрива.
Пароход изменился с тех пор, как Нил его видел последний раз: на боковинах носа сияли свежей краской два больших глаза, исполненных в азиатской манере. Казалось невероятным, что сей знакомый символ выглядит столь зловеще и угрожающе.
Разглядывая «Немезиду», Джоду так насупился, что его рассеченная бровь сошлась с другой в одну линию.
— Вон там у него котлы, — сказал он, показав в основание дымовой трубы. — Если туда шарахнуть, ему каюк.
Пароходные пушки на вертлюгах пришли в движение: одна развернулась к форту, другая к «Кембриджу». Внезапно тишину разорвал орудийный гром, и было не ясно, кто выстрелил первым, но уже через секунду пароход и форт обменялись залпами.
«Кембридж» выжидал, когда пароход подойдет на расстояние выстрела. Но вот прозвучала команда «к бою», и Нил вместе со своим расчетом бросился к станинам лафета. Разом навалившись, они подкатили пушку к фальшборту, дуло ее выглянуло из бойницы. Глядя через ствол, Джоду наводил орудие на цель, остальные, вооружившись ломами, исполняли его команды.
Покончив с прицеливанием, Джоду подставил колоду под ствол, зафиксировав его положение. Затем взмахом отогнал бойцов и поднес горящий фитиль к запальному отверстию.
Лишь за мгновенье до выстрела Нил сообразил, что «Немезида» тоже открыла огонь, и свист над его головой издает шрапнель, пущенная с парохода. Восьмифунтовая пушка рявкнула и в откате отпрыгнула назад, но ее удержали брюк-стропы, притороченные к рымам лафета.
Теперь думать о чем-либо еще, кроме перезарядки пушки, было некогда. Окунув банник в ведро с морской водой, Нил сунул его в дуло, гася тлеющие остатки прежнего заряда. Затем ласкар Чхоту Миан, «пороховая мартышка», вложил новый зарядный картуз и забил его пыжом. Банник утрамбовал все это вплоть до пороховой камеры, после чего заряжающий втолкнул ядро в ствол, потом вновь трамбовка и еще один пыж.
На сей раз Джоду целился долго и тщательно. Он скинул рубаху, обнажив мускулистый, блестящий от пота загорелый торс, и с помощью лома сноровисто начал придавать стволу нужный наклон, то и дело слегка его подправляя.
— Куда ты целишься? — спросил Нил.
