2
0
Та поколебалась, взяла деньги, быстро пересчитала их и изумленно уставилась на щедрого офицера.
«Перебор», — оценил Алексей и еще разок приветливо улыбнулся.
— Ты где их взял, командир? — пробормотал Семашко.
— На Принц-Альбрехтштрассе выдали, — буркнул Саблин.
На помянутой улице в центре Берлина располагалось Главное управление имперской безопасности (РСХА), в ведении которого с сорок четвертого года числилась военная разведка.
Пожилая немка быстро спрятала наличность в карман фартука, промямлила, что сейчас вернется, и удалилась в заднее помещение.
Офицерам что-то подсказывало, что она не держит там зенитную пушку.
Старушка отсутствовала недолго. Она принесла две белые булки непривычной формы и сомнительной свежести, бутылку молока, палку колбасы и четверть сырной головы.
Оперативники вежливо поблагодарили ее и покинули магазин. У машины они жадно уплетали еду, запивали ее кисловатым молоком.
— Нас не отравили? — на всякий случай спросил Хомчик.
— Пусть только попробуют, — пробормотал с набитым ртом Семашко и показал мощный мозолистый кулак, символизирующий, видимо, справедливое пролетарское возмездие.
На сытый желудок и птички в лесу пели веселее, и дома выглядели не такими ободранными. После сытного перекуса трое задымили. Некурящий Хомчик обреченно вздохнул и отошел подальше.
— Послушайте, товарищ капитан, а где вы деньги фашистские взяли? — полюбопытствовал Черкасов. — Хотя догадываюсь. Обыск в канцелярии пехотной дивизии. Там еще лежал генерал в парадном мундире.
— А разве эти деньги действительны? — спросил Семашко.
— Нет, — ответил Алексей.
— Тогда что на них купишь?
— Так ведь купили же.
Оперативники засмеялись."
"— Кстати, товарищ капитан, насчет Принц-Альбрехтштрассе, — сказал Хомчик, вернувшийся к товарищам. — Вы, конечно, стреляный воробей, все такое. Мы-то понимаем, что вы образно, и все же будьте осторожнее с подобными шуточками. Не все понимают юмор бывалых контрразведчиков. Попадется вам однажды недалекий, прямолинейный и очень принципиальный следователь. Оглянуться не успеете, как станете немецким агентом.
— Так нет больше денег. — Саблин развел руками. — Все на ваше пропитание потратил.
Два офицера опять курили, а он сидел в машине, закрыв глаза, и пережидал, пока уймется дежурный приступ головной боли. Алексей больше не боялся ни своих, ни чужих. Он устал, хотел закончить войну, как-нибудь выжить, а потом что будет, то и будет.
Капитан Саблин и так потерял полтора года. Куда уж больше?
Солдаты оперативно вытащили его и Пустового с минного поля, сразу доставили в госпиталь. Благо машина была под рукой. Там врачи хотя бы кровотечение остановили.
Но всего этого он не помнил.
