1
0
Я оттолкнулся от стены и подошел к Бэнкс, которая развернулась и встретилась со мной взглядом. В ее глазах стояли слезы, и жена быстро опустила голову, а отец направился в сторону выхода и, поравнявшись со мной, поприветствовал меня кивком.
Приподняв ее подбородок, я взглянул в красивое лицо жены, покрытое тонким слоем пота. Ее зеленые глаза блестели.
Бэнкс проводила взглядом моего отца. В саду камней ему повстречалась Джетт, которая помахала дедушке, когда тот проходил мимо. Он ответил ей тем же.
– Тебе очень повезло, – проговорила Бэнкс дрожащим голосом. – Он гордится тобой.
Я коснулся ее щеки.
– Тебе так повезло. – Я услышал надлом в ее голосе.
Я привлек жену к себе и поцеловал в лоб, когда ее тело содрогнулось от новых рыданий.
– Тобой он тоже гордится, – прошептал я и, обняв Бэнкс, крепко прижал к груди, сожалея, что у жены не осталось светлых детских воспоминаний.
Она росла без родительской ласки и очень страдала, в то время как я принимал заботу как должное. Отец никогда не проявлял особой нежности, но он и близко не стоял с Эвансом Кристом или Гэбриэлом, мать его, Торренсом. Мой папа хороший человек, а Бэнкс перевалило за тридцать, прежде чем она узнала, что такое настоящая отцовская любовь.
– Он гордится тобой, детка, – повторил я."
"Проявлял он сентиментальность или нет, но папа никогда не отказывал в поддержке никому из нас. Нам и впрямь повезло.
Джетт подбежала, обхватила нас обеими руками, – во всяком случае, насколько могла дотянуться, – и мы все слились в объятиях. Я усмехнулся, обнимая своих девочек.
Через мгновение Бэнкс вытерла глаза и глубоко вздохнула, немного отстранившись.
Она опустила взгляд на нашу дочь.
– Поможешь мне с макияжем? – сказала Бэнкс.
Но я сразу же вмешался:
– Вообще-то, Джетт, лучше спроси у бабушки, как пересаживать каштан. А я сначала помогу маме принять душ.
– Кай… – с упреком протянула Бэнкс.
Что? Я скорчил недоуменную гримасу. А для чего еще нужны бабушки и дедушки?
* * *– Тебе не холодно? – Бэнкс обвила меня руками, чтобы согреть теплом своего тела.
Я вдохнул свежий вечерний воздух, и дыхание паром вырвалось из рта. Я окинул взглядом покрытые снегом вечнозеленые деревья и голые черные ветви кленов, простирающиеся в ночное небо.
– Мне нравится, – ответил я. Прошел час, и мы стояли у дома родителей. – Вокруг так спокойно.
Я покосился на Бэнкс, восхищаясь тем, как быстро она привела себя в порядок. Красное блестящее платье без бретелек сногсшибательно смотрелось с темными волосами, завитыми и заколотыми на затылке. Жена выглядела великолепно.
Она и Джетт украсили свои лица, войдя в образ симпатичных клоунов с нарисованными вокруг глаз белыми ромбами, на вершинах которых были приклеены крохотные стразы.
