Ночь Огня

Отец кивнул, словно Бэнкс наконец различила то, что должна была, по его мнению, увидеть.

– Если смотреть слишком внимательно, то ничего не разглядишь. Понимаешь?

Бэнкс кивнула.

Ей нужно научиться расфокусировать взгляд, чтобы одновременно держать в поле зрения все, даже периферию. Я смотрел на них, но видел и Фроста, маминого кота, притаившегося на стропилах. Я мог лицезреть, как Бэнкс и отец стоят друг напротив друга, но еще и любовался снежинками, парящими за окном.

– Открой глаза, – велел отец. Он сделал шаг назад и принял боевую стойку. – Охвати взглядом окружающее пространство. – Прежде чем Бэнкс успела приготовиться, он шагнул вперед и ударил кулаком.

Она вскинула руку и отразила удар, а затем быстро увернулась от другого летящего ей навстречу кулака.

Я улыбнулся.

А они вступили в схватку. Бэнкс прыжком приняла боевую стойку, и через долю секунды противники замахали кулаками и пятками. Руки и ноги мелькали, рассекали воздух, и помещение наполнилось кряхтением, когда отец поймал Бэнкс за бедро, а она ударила его в бок.

Они перемещались с места на место, Бэнкс надвигалась на моего отца, а он – на нее, стопы порхали по матам, когда противники обходили друг друга по кругу. Одна рука отбросила кулак, после чего другая выстрелила вперед и оттолкнула ладонь противника.

Я не успевал следить за всеми их движениями, так молниеносно они двигались. Рука вверх, запястье ударяется о запястье, ноги рассекают воздух, нанося удары, которые успешно отражены.

Это напоминало танец.

Сердце бешено заколотилось, когда я увидел улыбку на лице отца. Я на мгновение затаил дыхание, и…

Отец отступил на пару шагов, Бэнкс нанесла очередной удар, однако он вовремя поймал ее за запястья, останавливая.

Отец продолжал улыбаться, моя жена застыла, они оба тяжело дышали.

Бэнкс уставилась на моего отца.

Боже. Он прервал поединок первым. Она измотала его.

Пряча ухмылку, я прикрыл рот рукой, гордость меня просто переполняла. Скоро Мэдс и Джетт станут такими же, и хотя я не ждал от будущего угрозы, направленной на близких, но со счетов такую вероятность не сбрасывал. Я мог вздохнуть с облегчением, понимая, что родные хотя бы немного подготовлены к любым неожиданностям.

Но не сегодня. Сегодня мы будем праздновать.

Отпустив запястья Бэнкс, отец выпрямился, шагнул к ней и взял за плечи.

Ни он, ни Бэнкс вроде бы меня не замечали, но отец, вероятно, уже знал, что я здесь нахожусь.

Бэнкс пыталась отдышаться, ее грудь ходила ходуном.

Отец оглядел Бэнкс.

– Хорошо, – мягко похвалил он.

Она уставилась на него, но вдруг опустила голову и сжала челюсти.

– Повеселись на славу сегодня вечером, – сказал отец.